И если Беннингу не изменяла память, на протяжении не одного и не двух столетий это же место использовалось для обсуждения и улаживания разного рода пограничных споров. — Я, во всяком случае, лучше не знаю.
Она заломила бровь."
"— Правда? Что ж, я рада, если ты можешь найти его без труда. Проделай все это без лишнего шума, и ты всегда сможешь рассчитывать на кров и деньги. Ослушайся меня, — добавила она, и взгляд ее сделался убийственно ледяным, — и ты узнаешь, как далеко может зайти мое неудовольствие.
Взятый напрокат конь, не иначе, улавливал беспокойство Лайлокена — он тряхнул головой и принялся грызть удила. Лайлокен двинул его пяткой в бок и поерзал в седле.
— Я переживаю единственно за Британию и ее интересы, — заверил Моргану Беннинг, не обращая на эту возню никакого внимания.
— Постарайся, чтобы это так и оставалось. Встретимся здесь наутро после совета. Мы вместе доедем до Кэр-Бирренсуорка, ибо в одиночку дорога небезопасна. Дальше по побережью ты двинешься один.
Медройт удивленно покосился на нее.
— А почему морем?
Взгляд ее чуть потеплел.
— Потому, — мягко произнесла она, — что тому, кто направляется на север верхом, придется миновать стену Антония. Стражи наших границ не пропускают через нее никого — ни бриттов на север, ни пиктов или ирландцев на юг. Во всяком случае, без лишнего шума там не пройти. — Она задумчиво прикусила губу, глядя на Лайлокена. — Тебе лучше выдать себя за торговца.
— Когда мы встретимся?
Она подумала еще немного.
— В следующее полнолуние, пожалуй. Так тебе вполне хватит времени на дорогу туда и обратно.
Лайлокен взвесил мешочек в руке: судя по весу, тот был полон золота. Что ж, ему продолжало везти.