За короля и отечество

Моргана молча смотрела им вслед: мальчики просто не понимали, какую цену придется теперь заплатить бриттам за поражение Куты.

Ты бы сама искупалась, Моргана, предложила Бренна. Нам обеим станет легче.

Поэтому они тоже поспешили в баню — и через полчаса, когда вода в калдериуме заметно остыла, да и народу в бане прибавилось, ибо подтянулись с арены остальные женщины, Моргана нарядила сыновей в лучшую одежду, отослала их с Медройтом, а сама достала из сундука любимую льняную сорочку и шерстяное платье замечательного алого цвета с длинным, волокущимся по полу подолом и отделанными горностаевым мехом воротом и рукавами.

На талии платье перетягивалось золотой цепочкой. Бренне платье тоже понравилось, тем более что она могла не опасаться здесь, что какой-нибудь совсем уж оголтелый защитник окружающей среды обольет ее краской за ношение мехов. Она надела тяжелые золотые украшения, отделанные мехом башмачки, расчесала волосы костяным гребнем и вышла в главный зал, где уже собирались на совет короли и королевы со всей Британии.

Эмрис Мёрддин с Арториусом уже находились там, а юный король Клинох стоял около жарко пылавшего очага. Сыновья, возбужденно выпучив глаза, бросились Моргане навстречу: им никогда не приходилось еще видеть такого собрания царствующих особ. Ливень на улице кончился, но в большое отверстие в потолке над очагом еще залетали случайные капли моросящего дождя, то и дело шипевшие на раскаленных углях.

Клинох пытался придать себе невозмутимый вид, но сводил все свои старания на нет нервным сглатыванием и потиранием рук, от чего его юный возраст и неопытность становились еще заметнее.

Моргана заметила, как внимательно смотрит Гуалкмай на молодого короля Стрэтклайда, и сжала его ручонку. Мальчик прижался к ее ноге и вздохнул. В зале стоял негромкий гул голосов. Группа менестрелей в углу настроила свои арфы и флейты и заиграла какую-то спокойную мелодию, от чего царившее в зале напряжение немного снизилось. Среди них был, само собой, и Лайлокен — он спокойно встретил взгляд Морганы и улыбнулся, словно напоминая об условленной встрече на дороге в Кэр-Гретну по окончании совета.

Двенадцать массивных столов были составлены в неровный круг у центрального очага. Эмрис Мёрддин лично следил за расстановкой, отдавая распоряжения двигавшим столы и скамьи с подушками слугам. Другие слуги ставили на столы кубки, бутыли и кувшины с вином и медом. Еще несколько человек вешали на стену бычью шкуру, на которой были нарисованы очертания всех королевств Британии.