Однако в пятисотом году от Рождества Христова со времен вывода римских легионов едва миновало сто лет, а столетие — не срок для генетических изменений. На некоторых боевых вымпелах и щитах виднелись символы — скорее всего сарматские, поскольку держали их только воины с азиатскими чертами. Большинство копий украшалось бронзовыми драконьими головами, к которым крепились матерчатые хвосты, развевавшиеся по ветру точно аэродромные флюгера-«колдуны». Что же до эмблем на щитах… Меч, вонзенный в камень, изрядно потряс его.
Арториус, дукс беллорум, во главе сарматских катафрактов?..
Когда Арториус был еще совсем молод, беззвучно пояснил Анцелотис, когда ему не исполнилось еще и семнадцати, но он уже выказывал задатки мудрого и удачливого военачальника, он убедил сарматов Гододдина отказаться наконец от своих языческих идолов и принять христианство. Тогда и начали они отзываться о нем как о муже, который выдернул сарматский меч из священного камня, настоящем боевом вожде, который заменил многовековую святыню их племени новым богом и новыми обрядами поклонения.
Стирлинг зажмурился. Стоит ли удивляться, что Арториус похож скорее на евразийца, чем на бритта?
О да, согласился Анцелотис, он из них, и они знают это.
И не обманет, ошеломленно подумал Стирлинг. Артур, царь кочевников-сарматов… То-то порадовались бы историки, узнай они происхождение легенды о мече в камне…"
"Он внимательнее пригляделся к самим всадникам. Одеяния кавалеристов не уступали пестротой их национальной принадлежности. Большинство щеголяли шлемами, в том числе еще римских времен — напоминавшими надетую задом наперед бейсбольную кепку с защитными металлическими пластинами у щек по бокам.