Забудь обо мне

Мама подзывает меня пальцем и, когда становится понятно, что ничего другого я от нее не добьюсь, приходится подняться на второй этаж.

Нарочно громко топаю ногами.

Хочу уехать как можно скорее.

Меня уже вообще не должно здесь быть.

Подальше от… Марика. Это я сказала?! Где были мои мозги, господи?

Мама становится у окна и, когда выглядываю наружу, все становится на свои места.

Там Бармаглот. Колет дрова.

— Мам, я все объясню. — Черт. Блин.

— Алиса, ты хоть иногда думаешь, что делаешь? — Нет, она не ругает и не кричит.

Она просто держит руки скрещенными на груди и смотрит на меня с таким разочарованием, что хочется сквозь землю провалиться. — Алиса, ты привезла симпатичного молодого человека, чтобы познакомить его со мной и с папой. Ты будешь встречать с ним Новый год. И я, поверь, знаю, что после шампанского и курантов вы не сядете играть в домино. И… Марк?! Алиса, он женат. Он друг твоего отца. Он на шестнадцать лет старше тебя.

— Я помню! — огрызаюсь в ответ. Вспыхиваю — и тут же гасну.

 — Это не то, что ты думаешь.

— Алиса, это именно то, что я думаю. Ты… ведешь себя очень недостойно.

— Ага, — искренне соглашаюсь я.

— Он твой любовник?

— Что?! — трясу головой и нервно смеюсь. — Нет, мам, я бы никогда… Я бы…

Я уже давно это самое «когда».

Я дала себя поиметь в клубе.

Я провела ночь в его квартире, ходила полуголая по его дому.

Я целовалась с ним пять минут назад.

— Мам, у меня просто… все сложно. — Так себе оправдание, но другого нет.

— Я очень уважаю Милу. — Мать берет мое лицо в ладони и заставляет посмотреть ей в глаза.

Кажется, немного смягчилась, но мне от этого вообще не легче. — Она — хорошая женщина. Я бы никогда не желала узнать, что моя дочь спит с женатым мужчиной и, не дай бог, планирует увести его у законной жены. Это был бы слишком сильный удар. Даже думать не хочу, что было бы с отцом, если бы…

Она делает многозначительную паузу.

— Мам, правда, не о чем беспокоится. Просто у Марка не очень ладится в личной жизни, мы с Андреем… прошли долгий путь.

И как-то все смешалось. Знаешь, как это бывает, когда собираешься печь французский бисквит, а получается лаваш.

— Давай без твоих этих непонятных метафор. — Она все-таки оттаивает и обнимает. — Горе ты мое, бестолковое.

На прощанье она крепко меня обнимает и еще раз выразительно заглядывает в глаза.

Быстро чмокаю ее в щеку и убегаю так, словно под моими ногами плавится земля.

Стыдно — хоть провались.

Я всегда хотела быть гордостью своей семьи.