В чужом мире, в чужом теле и лучше уж было умереть, чем жить здесь. Несправедливость, ужасы с первой минуты, боль, безумная боль. Слезы лились по щекам, рыдания рвали легкие.
– Еще раз солжешь – спущу шкуру. Радуйся, что принадлежишь ей – тебя даже до крови нельзя пороть. Каждый раз легко отделываешься.
Ртиа плакала, пока он ее освобождал.
– Ну иди же в подземелье!
Девушка не помнила дорогу и боялась признаться в этом.
– Вот же дура! – в бешенстве мужчина занес плеть и Ртиа побежала, насколько ей позволяла цепь кандалов.
– За что она тебя выбрала? Одни проблемы! Рамиса, ты вылетишь из замка!
Ртиа подумала, что ее это вообще не пугает. Покинуть это место было ее единственным желанием. За ней не гнались и теперь она шла медленно, успокаивая разбитые коленки.
Мержери
Новости сына были безрадостными. Антари сказал, что свадьба сорвалась. Отец был настолько разочарован, что его лицо покрыла маска презрения.
– Как это вышло? – спросил он.
– Беатрис просто не явилась, – ответил сын, не в силах рассказать, что нашел девушку, что говорил с ней, и с кем она теперь.
– Сложил лапки и прибежал жаловаться? Что ты сделал? Чем отпугнул ее?
– Ничем, – Антари хотел бы уйти и закончить разговор.
– Вот именно, что ничем! Этот брак был важен! Важен! Ты должен был выполнить свою роль, нежно ухаживать, дать ей понять, как она будет счастлива с тобой! В чем ты облажался?"
"Антари вспомнил, как она смотрела на Эритара в клубе.
Сознаться отцу, что Беатрис ушла к Эритару было невозможно.
– Бестолочь, – выкрикнул Мерджери. – Все рухнуло из-за тебя.
Оскорбление вывело Антари из ступора. Его разбитое сердце шелохнулось совсем иначе.
– Тебе этот брак был важнее, чем мне? – удивился он.
– Найди ее и уговори. Обещай все, любые деньги, прощение за все, что угодно. Стой на коленях, но верни. Возьми самые ценные украшения.