Урбас подошел ко мне с намерением привязать к той жуткой штуковине, которую Фабиано назвал дыбой. Разумеется, с моим мнением тут никто считаться не собирался, а я активно этому противодействовала. Когда монах попытался схватить меня и оттащить к дыбе, я увернулась и заняла оборонительную позицию за грилем-гигантом. Вокруг этого устройства можно было бегать до так ими ожидаемого второго пришествия. Лишь бы к нам никто не присоединился. Точнее, к нему. Ко мне присоединяться было некому.
Обежав вокруг решетки третий раз, Урбас, наконец, понял, что так меня он не догонит.
– Это меня бесы держат?
– А бесы бывают невидимыми? – поинтересовалась так же удивленно. Я же не знаю, какие у них тут верования?
– Бывают, – после минутного обдумывания сообщил мой пленник.
– А ты чувствуешь, как они тебя держат? – спросила на полном серьезе, с подобающим выражением лица, то есть глупым и заинтересованным.
– Нет, – настороженно пробормотал здоровяк и снова подергался, пытаясь сделать шаг или поднять руки. – Не могу пошевелиться… А-а-а, я знаю, это ты меня держишь!
Догадливый какой! Не прошло и десяти минут, как понял.
– Как же я могу тебя держать, – тем не менее возмутилась я такой вопиющей несправедливости, – если стою здесь, а ты – там?!
– Так ты же – ведьма! – напомнил он мне.
– И многие ведьмы так могут?
– Нет… Но святой отец Фабиано говорит, что все беды и несчастья нам достаются от похотливых женщин, которые сношаются с Сатаной, продавая ему свою душу…
– Что-то я не вижу связи. Они ему душу, а что он им взамен?
– А ты разве не знаешь? Ты же сама ведьма! – ошарашенно посмотрел на меня Урбас.
– Я, между прочим, еще ни разу этого не подтвердила! Это вы меня так называете.
– Ведьмовство! Тогда они на простых людей порчу насылают, вот как ты сейчас на меня!
– Это порча? – возмутилась обиженно. Сложнейшее заклинание гравитации, доступное лишь бакалаврам техномагии, да и то единицам, сравнить с порчей? Вот недоумок!
– Отпусти меня, ведьма! А то хуже будет…
– Не будет.
Что-то мне надоело общаться с этим субъектом. Весело, конечно, но с дураком поведешься, от дурака, соответственно, и наберешься.