– Нет, – хмыкнула, – но долг на твое имя запишу.
– Пиши, чего уж там. – Он обнял меня за плечи, прижался губами к виску.
– Как жаль, что я не могу покидать здания университета! – сердито пробормотал Гораций, глядя на нас. У-у-у. Догадливый… – Все самое интересное происходит не здесь!
– Ты теперь дух-хранитель. Уникальная сущность, – попыталась успокоить фантома. – Я найду мистически настроенных девушек-студенток. Они организуют общество. Ритуал посвящения сами придумаете. Только это… без фанатизма, Гораций.
– А Вальдек? – недоверчиво осведомился он.
– Дядюшку Генриха беру на себя. Согласится, никуда не денется.
– Дядюшка? – удивленно вскинул брови Вольф.
– Он был другом моего отца. И даже заменил его в некотором смысле. А за этот том он на многое согласится.
– Ему книгу не отдам, – резко бросил Гораций. – Вам – пожалуйста, с превеликим удовольствием! А ему – нет!
– Спасибо! – Вольф прижал фолиант к груди.
– Значит, будем искать другие пути решения вопроса. Боюсь только, чтобы он не потребовал портрет этот гафниевый опять в холле повесить…
– О портрете не беспокойся, – ехидно усмехнулся Гораций, – эту маленькую услугу я окажу тебе с огромной радостью! Скажи только, что с ним сделать? Сжечь? Изрезать?
– Закрасить… Цветочки нарисовать, васильки-лютики.
– Будет исполнено, леди Алфея. – Фантом склонился в поклоне.
– Но как?.. – Я точно помнила, что представилась Петрой. И никто меня Алфеей при нем не называл.
– Ну-у-у… – Гораций сверкнул веселыми глазами. – Меня не так-то уж легко запереть, что бы по этому поводу ни думали здешние профессора.
– Вот тебе и хранитель… – пробормотала я недоуменно. – Дух с магическими способностями?! Вольф, разве такое возможно?
– Ты все видела своими глазами, – задумчиво ответил муж. – А книжечка-то нам досталась удивительная.
Уговорить ректора на создание тайного девичьего общества для Горация стоило мне немало нервов. Хотя у меня сложилось такое впечатление, что господин Вальдек изволил ломать комедию. Он прекрасно все понимал и уж наверняка посоветовался с Хронусом о том, как правильно общаться с хранителями. Дружба и взаимопонимание с этими сущностями были гораздо выгоднее, чем вражда.