— Но то, что она сейчас, возможно, счастлива, капитан Сергеев, не свидетельствует о том, что она желает своему мужу, пускай и бывшему, всех кар небесных, — произнес со смешком Володя.
И про себя подумал, что он своей бывшей жене не то что гадкого и страшного, самого неосторожного плохого не желает. Он искренне желает ей счастья. И лучше, чтобы с ним у нее это счастье случилось. Н-да…
— Жаль, конечно, что эта дрянь уйдет так вот просто безнаказанной, — все никак не мог уняться Глеб, пожимая Володе руку, прощаясь у отдела.
— А вот тут, коллега, позволю себе с тобой не согласиться. Я его так перепугал напоследок.
— Да ладно!
— Ага… Сказал, что он пойдет по статье за то, что умышленно ввел следствие в заблуждение. Написал заявление об исчезновении жены, заведомо зная, что она никуда не пропадала. Пусть адвокаты его суетятся. Пусть он боится. Пусть ночей не спит. Не сядет, конечно, нет. Но! — Володя поднял вверх по привычке указательный палец. — Но уроком это ему будет — раз! И по репутации, надеюсь, ударит — два.
Глава 21
Ваня сильно нервничал перед совещанием. Щеки его трижды меняли окрас, попеременно становясь то густо пурпурными, то разбавляясь молочной белизной. Он раз за разом прокручивал в голове все, что ему удалось узнать за сегодня. Понимал, что обладает невероятно ценной информацией. И побаивался того, что Воронов может надавать ему по башке за то, что он ему не докладывал о каждом своем шаге. А он велел, между прочим!
— Чего это ты, коллега, так нервничаешь? — поддел его один из сотрудников, дожидающийся Воронова вместе со всеми.
Иван промолчал, неуверенно пожав плечами.
— Эх ты! Подвела тебя твоя путана, да? — И коллега помотал перед его носом кожаной папкой. — Вот материал-то где! Бомба, а не материал!
Ваня воздержался от вопросов, заведомо зная, что ответа не получит. По большому счету все сейчас, ожидая капитана, скрытничали и изо всех сил напускали туману. Семь человек разбились на группы.
— Нервничаешь? — снова пристал к нему коллега с кожаной папкой.
— Да, — честно признался Ваня.
— Да ладно, не нервничай. — Коллега снисходительно улыбнулся. — Не уволят же тебя за то, что ты балду прогонял весь день и ничего не нарыл.