– Правда, сразу должна предупредить – это очень больно, так как расплавление тканей тела происходит заживо, постепенно, и никакая анестезия при этом невозможна.
Циркач слегка побледнел.
– Ну что, парень? – усмехнулся Бесконечный. – Готов пожертвовать своей тушкой ради любимой?
– Думаю, сейчас это не обязательно, – сказал я. – Мы, конечно, можем разделиться и начать решать свои проблемы поодиночке. Но сейчас вопрос состоит в том, чтобы остановить Захарова, который явно зарвался в своих амбициях.
– Поддерживаю, – кивнула Грета. – Снайпер прав. Теперь, когда мой создатель стал гораздо более сильным подобием меня, опасность действительно грозит всей планете.
– А почему гораздо более сильным? – поинтересовался я.
Грета внимательно посмотрела на меня.
– Не хотела тебе говорить… Я только что считала это из памяти главного компьютера. Захаров нашел способ одновременно со своим телом разложить на атомы «Бритву», которую ты ему подарил. И теперь она стала частью его. Или же он стал ее частью… В любом случае на выходе получилось страшное оружие, которое необходимо уничтожить прежде, чем оно подчинит себе все человечество.
* * *Это было потрясающее ощущение.
Казалось, если посильнее оттолкнуться ногами от земли, то запросто можно допрыгнуть до луны, висящей над ночной Зоной.
Тело академика переполняла безумная, неконтролируемая энергия, с которой подпитка аномалиями была как бы и не особенно нужна. Он бежал по Зоне, на ходу меняя форму тела – кабан, квази-мясо, ктулху, сфинкс – и наноботы послушно перестраивались в нужные конфигурации, повинуясь лишь мысленному приказу.
Конечно, каждая такая перестройка требовала массу энергии.
А может, «Бритва» была и ни при чем. Академик еще не совсем разобрался в причинах и следствиях своего состояния – да и разбираться особенно не хотелось. Когда тебе хорошо так, как не было никогда в жизни, хочется просто наслаждаться. И ничего больше.