Я даже не знаю, стоит ли ему продолжать кончать в меня…
Тянусь к мужским губам. Айдар закрывает глаза и делает то же. Мы неаккуратно бьемся зубами, дальше — целуемся. Я чувствую, как член выходит. Встаю на носочек одной ноги, опускаю взгляд и вижу, как сперма выстреливает мне на живот.
Наверное, правильно.
Наверное, сейчас так будет лучше.
Айдар утыкается мне в висок и быстро дышит. А я глажу его по голове, успокаивая.
– Я сегодня допоздна, – немного прийдя в себя, Айдар предупреждает, я просто киваю."
"Муж целует меня в щеку, а потом отпускает и вторую ногу тоже.
– Твой отец настойчиво просит о встрече.
Говорит, судя по взгляду, кафелю, а не мне. Меня тут же обжигает стыдом, страхом и злостью. Не хочу.
– И что ты? – Но спрашиваю, как он хотел бы услышать – прохладно-безразлично. Я же должна спокойно воспринимать то, что мой брат в СИЗО. Мы же верим в честное расследование…
Даже в голове не удается проговорить эти слова без желчи. Наум меня знатно отравил.
– Сейчас я встречаться ни с кем из твоих не намерен. Знай.
Айдар прижимается губами к виску. Снимает руку и отходит. Быстро споласкивается и оставляет меня в душевой одну.
Я все это время не двигалась.
Идеально горячие струи бьют по телу. А я не понимаю толком, почему при этом дрожу.
***
Изнутри меня съедают сомнения и страхи. Наверное, это самое лучшее время для решительных действий. Но я – не такая.
Сейчас со злой иронией думаю, что роль покорной женщины – не так уж плоха. За тебя всё решают. Твоя задача: смиряться. Это вызывает протест, но до поры до времени.
Моя пора настала. Сейчас решить должна я. А готовности – ноль.
Я действую по накатанной. Провожаю Айдара на работу, собираюсь и еду к маме. В такси в очередной раз прокручиваю злосчастный разговор с Наумом. Ужасно, но мне приходится признать, что в его версии происходящего меньше всего незаполненных брешей.
Правда, как всегда, находится где-то между тем, что говорят заинтересованные. Мой брат не святой, но и муж, получается, тоже…
Правда и судить не мне.