Самолично степенно подойдет к такому гостю и будто вежливенько скажет:
– Ты что же это… На пяточек напил, на целковый шумишь. Спокоя другим не даешь.
Или в другом случае скажет:
– Нажрался. Платить не можешь. Ступай, пока тебе скулы не вывернул. – Поднесет подвыпившему к носу свой обросший шерстью кулак и добавит: – Понюхай, чем пахнет.
И редко кто мог выдержать, чтобы не испугаться бычьей фигуры, молотобойного кулака и круглых, немигающих холодных глаз.
У нас неоднократно имелись сведения, что Цыганков принял краденное, участвовал в мошенничестве, но уличить его не удавалось.
Пришлось мне быть у него после большой кражи в местном торговом складе. Я объявил, что произведу обыск. Цыганков спокойно ответил:
– Напрасно беспокоить себя будете. Наврал кто-нибудь на меня по злобе, а может, над вами посмеяться хочет. Пожалуйте, милости просим. Конфузно мне, да понимаю, что исполняете свою службу.
Мы обыскивали помещения «Казбека», обыскивали личную квартиру Цыганкова, однажды произвели обыск в доме его замужней дочери, но безрезультатно.
Старший агент, после наших неудачных обысков, мечтательно и шутя говорил:
– Потерпим. Срок, значит, Ироду не вышел. Уповаю на бога, добудем.
Таков был Цыганков.
– А к нам гость, – доложил как-то агент, – пришел хозяин «Казбека».
Вошел Цыганков, вид у него был угрюмый. Сел, вздохнул и, как бы продолжая разговор, сказал:
– Вот, ваше благородие, на меня подозрения всякие, как что – у меня ищут ваши агенты.