Хотя еще до его командировки между нами сложилось что-то вроде негласного общения, предполагающего, что иногда он лично предупреждал меня о какой-то общей встрече, а я лично пересылала ему какие-то рабочие документы для ознакомления, минуя рабочую рутину. Не самая правильная с точки зрения фиксации рабочих моментов схема, но мы с ним научились нормальной в ней функционировать.
Об этом важном собрании Резник не написал мне ни слова.
Впрочем, он не давал о себе знать вообще всю командировку.
В переговорной, когда я туда прихожу, почти все в сборе. Внутри слышится приглушенный гул голосов, но как только заходит Резник, комната замирает."
"Честно говоря, при виде него я испытываю примерно те же чувства, что и в нашу первую встречу — восхищение и, одновременно, легкое раздражение за то, что его агрессивная манера очень сильно волнует не только наше корпоративное море, но и мое внутреннее спокойное болотце. Но он все так же аккуратно избавляется от бороды, хотя я была уверена, что это просто разовая акция.
— Коллеги, благодарю за оперативность, — твердый и собранный голос Резника заставляет меня сосредоточиться на работе. — На повестке дня — Elyon Motors.
О, черт.
— Думаю, все здесь понимают, что наша компания работает в тесной связи с автомобильной промышленностью. И что грядущие перемены на рынке нельзя игнорировать. Элианы выходят на новую ступень в разработке электромобилей.
По залу проносится неопределенный легкий гул.
Пока что никто — и я в том числе — не рискует высказывать предположения такого смелого шага. Одно дело — продавать премиальные машины, и совсем другое — вкладывать деньги в их разработку и создание. Как минимум это предполагает совсем другой уровень взаимодействия. И если бы Резник прямо сейчас, спросил меня, что я обо всем этом думаю, я бы не смогла сказать ничего конкретного.