— Ты пришла, чтобы сказать мне это?
Я кивнула, не сводя напряженного взгляда с его лица. Он был немного пьян… мой мир рушился на глазах. Некогда любимый мужчина становился неприятным. И холодность его сходила, сменяясь неизвестным мне жаром.
Он, конечно, не любил меня.
Но желание трахнуть угадывалось в его глазах. Дело было нечисто.
— Как же это мило, моя сладкая. Присаживайся. Выпьем.
Он протянул мне бокал с бордовой жидкостью. Я обхватила ножку, но пить не стала. Запахнула пальто потуже, не став даже раздеваться.
— Помнишь, как ты хотела увидеть его страдания? Как он умирает, корчась в твоих ногах?
— Помню.
Хотела. До кровожадности и блеска в глазах. Боже, как же я этого хотела! Спала и видела. Визуализировала свои мечты.
— Так, смотри.
Доменико улыбнулся и махнул рукой. Я бросила взгляд, куда он указывал. На моих глазах стена преобразовывалась в стекло. Одно сплошное, но тонированное стекло. Из той комнаты не доносились звуки.
Только тело безмолвно каталось по полу. Как в судорогах. Как обожженное кипятком, оно искало жизнь.
Его отравили.
— Кто это?
— Твой любовник. Давид Басманов.
Я смиренно кивнула, силясь понять, что испытываю.
Отвращение.
Доменико стоял рядом, небрежно запихнув одну руку в карман штанов. Из его рта несло перегаром.
Он давно здесь. Выжидал, позволив Давиду найти себя.
Я чувствовала отвращение к Доменико.
Я повернулась к нему, он был высокий. В кармане я крепко держала ствол, но понимала: он — мой учитель. Он сильнее меня, и знает каждый мой следующий шаг.
— Я же сказала, что не хочу его убивать. Мне больше это не нужно.
Даже будучи опьяненным, он был невероятно силен. Как Давид выпил его яд? Его связали, принудив насильно? Он ведь одиночка, ему сложнее без подкупных псов.
— Ты глупая девчонка, Жас. Сегодня ты хочешь одно, завтра — другое. Я лучше знаю твои желания.
Доменико коснулся меня. Волос, шеи.
Боже.
Я глазах на миг помутнело: он никогда не касался меня. он любил свою жену — я до сих пор помнила вкус его пощечины в том домике в лесу.
Я ведь всегда была противна ему.
Он не любил и не хотел меня.
А теперь ласкал. Склонился близко, обвел губы пальцем, шею. Мне кажется, меня повело.
Получить желаемые касания от некогда любимого мужчины… это как наркотик. Запоздалый.
— Не трогай.
— Ты же всегда хотела этого. Чтобы я трогал. А не он.
Доменико кивнул в сторону — где-то там корчился Давид.