Впрочем, это ее дело: спешить сейчас некуда.
Эрон в отсутствие командира уже натаскал кучу сухих веток, а сейчас примерялся, чтобы срубить мертвое деревце. Олег выбрал удобный уголок, защищенный стенами от враждебных взглядов, развел костер. Дождавшись, когда разгорится как следует, набросал в него огромную кучу дров. Пускай прогорят – для жарки мяса потребуется немало углей. Еще не стемнело, так что вряд ли огонь заметят с виднеющихся дальше холмов, а потом достаточно будет его поддерживать – маленькое пламя надежно скроют руины.
Спустившись к холодному ручью, он нарубил топориком несколько охапок чахлого тростника. На каменистой почве трава росла скудно, так что постель придется сделать из него. Повторив несколько ходок, Олег решил, что на четыре ложа хватит. Точнее, на два обычных и одно большое – супруги спали в обнимку.
К этому моменту костер еле горел, окруженный тлеющими остатками дров. Подкинув их к центру, Олег покопался в садке, извлек ребристый бок и заднюю ногу, опять спустился к воде. Ани у подножия лестницы не оказалось, но он не испугался, хорошо слыша, как она тихо напевает, бултыхаясь за ближайшей каменной стеной:
– Эй, русалка, ты долго еще?
– Да я только начала! А что, уже пора выходить?
– Нет, я просто проверяю, не уснула ты там.
– Только бы побыстрее, я голодная как волчица. При одной мысли о горячем куске мяса выть хочется.
– А кто говорил про вегетарианство? – насмешливо уточнил Олег."
"– Я в безвыходном положении, – спокойно ответила девушка.
– Я так и сделаю, только мясо отнесу и помогу ему дров набрать.
Вернувшись наверх, Олег освободил арка от обязанностей лесоруба, сам завершил расчленение сваленного им дерева. Ночью можно будет закидать костер толстыми бревнышками, они будут давать мощный жар несколько часов. Это хорошо – давненько островитяне не грелись.
Аня по-прежнему мурлыкала незатейливую песенку, но перебралась в другой бассейн.
– А там тебе почему не сиделось?
– Вода слишком горячая, еле стерпела. Стирать хорошо, но долго в такой не понежишься. Выбралась оттуда на ватных ногах.
– Понятно…
– Давай раздевайся. И одежду тебе постираю.
– И как я в мокрой буду?
– Она до утра высохнет.