Нет, что ни говори, а он черствеет на глазах – будь дело на Земле, убийство шестерых человек надолго выбило бы его из колеи. А здесь даже руки не дрожат – спокойствие полнейшее.
Из задумчивости Олега вывели далекие крики, перемежаемые громким свистом. Монах, возглавлявший процессию, осадил лошадь, указал рукой вперед, где за полосой кустарника угадывалось открытое пространство:
– Там что-то случилось! К бою!
Его люди и без слов были готовы ко всему, держа оружие наготове. Повернувшись к островитянам, Монах жестко произнес:
– Вы не одни из нас и можете переждать схватку здесь.
– Аня там? – уточнил Олег.
– Да, твоя жена в поселке.
– Тогда можете на нас рассчитывать.
– Хорошо. Разговор закончим потом… если это «потом» у нас будет."
"Монах спешился, накинул уздечку на деревце. Неудивительно – вряд ли на Земле он был лихим кавалеристом, так что сражаться лучше пешим. Отряд дружно рванул к опушке, арбалетчики больше не дышали в затылок.
Первым из кустов выскочил Монах. Резко остановившись, он выдохнул:
– Черные всадники!
Олег, не заметив, как при этих словах побледнели лица солдат, еще не вырвавшись из зарослей, уточнил:
– Что? Какие всадники?
– Хайты! Проклятье! У них черные всадники!
– Отходим! – перепуганно крикнул кто-то из солдат.
– Стоять на месте!!! – проревел Монах. – Кто сделает хоть шаг назад, лично на сухой кол посажу!!! Арбалетчики на фланги, меченосцы ко мне, копейщики, в первую шеренгу, остальные за ними! Вперед!
Достав из объемистого кармана плаща медный горн, Монах просигналил незатейливый сигнал, очевидно созывая своих людей.
Заняв место по правую руку от него, Олег только сейчас смог рассмотреть обстановку.
Затем Олег рассмотрел пресловутых черных всадников.