- Да, - нервно посмеиваюсь. – Но я о плохом. Мы все выяснили, со всем разобрались и теперь можно двигаться дальше.
- Нет, - тихо бросает парень в ответ.
Захар продолжает улыбаться. Слабо, едва заметно, уголками губ. А мою грудь вдруг сводит болезненный спазм. Дикое напряжение разливается внутри, пронизывает тело за секунду. Глаза наполняются слезами, горло сдавливает точно в тисках.
Накрывает на пустом месте. Без повода. Без причины.
Все хорошо. Все самое худшее позади. Или нет?
Резко темнеет. Грозовые тучи за долю секунды застилают небо.
Захар припечатывается губами к моему взмокшему лбу. Не целует, просто касается. А дальше его голос звучит в моих мыслях. Четко. Отрывисто.
- Все будет хорошо, малышка. А если вдруг нет, то это просто еще не конец. Ты только верь мне. И верь в меня. Вывезу. Вытяну. Я за тебя любого в клочья порву. Никогда не отступлю. Не сдамся. Я всегда рядом. Охраняю твое дыхание.
Я открываю рот, но ничего не могу сказать.
Я так хочу закричать. Позвать его. Безотчетно. На уровне глубинных рефлексов. Я теряюсь в мрачном лабиринте.
Пульс сходит с ума. Толчки крови врезают по вискам. Оглушают, сокрушают. Я сбрасываю оковы. Вздрагиваю всем телом, шумно втягиваю воздух.
Просыпаюсь.
Я в полутемной комнате. Нет здесь ни океана, ни солнечного побережья.
- Захар, - шепчу и подаюсь вперед.
Мышцы сводит судорога. Руки и ноги затекают от долгого пребывания в жестком неудобном кресле. Я сама не заметила, как отключилась и провалилась в сон, а теперь мускулы буквально свело мучительным спазмом. Инстинктивно пытаюсь потянуться, размяться. Но вообще, я почти не замечаю боль, мысли о другом.
Я впиваюсь взглядом в бледное лицо Захара. Даже в скупом освещении палаты я понимаю, что ничего не изменилось. Парень лежит на кушетке.
Плохо помню, что происходило после расправы над «Ангелами Ада». Хотя разве есть разница? Наплевать. Не важно. Главное, что тогда Захар отключился и до сих пор не пришел в себя. Парня доставили в лазарет, оказали необходимую медицинскую помощь, но его состояние все еще остается тяжелым.