– Очень приятно видеть вас снова.
– Не могу ответить вам тем же, господин Кривоносов, – сказала мама. – Ваша репутация идет впереди вас. Вы преступник и негодяй.
Никита ошеломленно замер. Сказать такое в лицо этому влиятельному бандиту! Мама сегодня явно была в ударе. Но Кривоносов-старший лишь улыбнулся и промолчал. Зато Олег Павлович вдруг покрылся холодным потом, вытащил из нагрудного кармана большой носовой платок и промокнул лоб.
– Никита и Аркадий вчера устроили драку, – проговорил директор.
– Не было никакой драки! – возмущенно бросил Аркадий.
– Мы случайно столкнулись, – добавил Никита.
Кривоносов-младший бросил на него злобный взгляд:
– Ты врезался в меня! Я тут вообще ни при чем!
– Ну да, – тут же согласился Никита. – К чему отпираться? Это я во всем виноват.
Но директор не стал их слушать.
– Уже обо всем договорились? – недовольно произнес он.
– Да врет она все! – разозлился Аркадий.
– Попрошу поуважительнее! – Директор ткнул в него пальцем. – Я хорошо знаю, на что способны ученики этой школы. Не так давно кто-то поджег мою машину прямо на заднем дворе! А теперь это! Я вызвал всех вас сюда для того, чтобы показать остальным – больше никаких поблажек! Каждый хулиган будет разбираться со мной в присутствии своих родителей и заплатит за содеянное.
– Так сколько мы должны за это стекло? – нахмурился Эдуард. – Честно говоря, я уже теряю терпение.
– Я покажу вам смету, – пообещал Олег Павлович. – А вы, господа, потолкуйте со своими отпрысками. Накажите их как следует, чтобы другим неповадно было.
– Это все? – Кривоносов поднялся с дивана.
– Все!
– У них сегодня есть уроки?
– У этого класса нет, – сказал директор. – Лишь дополнительные занятия для тех, кому еще не выставлены оценки за четверть.
К таким «счастливчикам» относился и Никита.
– Тогда я забираю Аркадия домой. И будьте уверены: он получит сполна. – Эдуард хмуро взглянул в сторону притихшего сына. – За мной!"
"Он зашагал к двери. Аркадий нехотя поплелся за ним. Луиза еще задержалась в кабинете, чтобы узнать, какую сумму нужно заплатить за стекло. Игорь Николаевич тоже остался, а Никита и Ирина Юрьевна вышли в коридор.
– Мам, ну ты даешь! – сказал Никита.