У него есть беременная жена и он единственный, кто по какой-то причине хорошо общался с Ливаем. Вот и всё. Ровно столько же я знала и про Алану. Проклятье! А ведь я про Монику и то лучше знаю! Про яхты и красивую жизнь. Алана ничего о своём не говорила.
И та песня! Это ведь она предложила. Не самая известная и, возможно, единственная, которую Алана знала… Она подготовилась, придумала после того, как я разбудила Ливая, и опробовала на своей первой кукле.
Умная, чтоб её!
Генерал, казалось, до последнего сомневался, что ему придётся драться.
— Эльда бра сет! — прочитал Армандо, выходя передо мной.
Комнату наполнили белые вспышки. Ливай и Феран не обратили на них внимания, снова скрестив мечи, а Алана зашипела как-то не по-человечьи и стала отступать.
— Прекрати это, — Армандо снял с пояса книгу и листал страницы, подходя к Алане. — Немедленно отпусти стража.
— Я не держу его, — рассмеялась та, а после взглянула на Армандо. — Твой свет заберу первым. От кого хочешь принять удар, от Ферана или маленького волчонка?
Она кивнула на Йоргеса, и тот сразу ощетинился, будто и правда зверёк. Мальчик вышел вперёд, заслоняя меня:
— Вали отсюда! Не посмотрю, что ты беременная и…
Алана расхохоталась, запрокинув голову.
— Какой грозный. Вот только телу я могу придать любую форму. — Она развела руки в стороны. — Готовьтесь идти домой!
Её вены почернели, то же случилось с белками глаз. По щекам потекли чёрные слёзы, которые начали «дымиться». Сразу вспомнилась та жижа, которую вкачивали в Ливая и других стражей. Девушка рванула ткань, распахивая платье на животе и я увидела не кожу, а будто пузырь, наполненный чернилами. Божечки!
— Не надейся! — крикнул Армандо и затараторил что-то труднопроизносимое, зачитывая одну из страниц своей книги.
Звон клинков заставил меня отвлечься. Ливай и Феран танцевали среди водопадов и фруктовых деревьев, разменивая удары. И не разбирающемуся было видно, что навыки их схожи. Алана выбрала правильного стража, чтобы задурить голову. Нужно радоваться, что это не Ливай.
Тьма наполняла комнату туманом. Армандо создал что-то вроде светлячков, которые отважно бросались на Алану, но чем дольше она «плакала» тем сложнее им приходилось.