Это успокаивает. Мы не замерзнем и не умрем с голоду, а, значит, все не так уж и плохо. Осталось только придумать, что делать со спальным местом. Нужно поискать какие-нибудь одеяла, чтобы соорудить кровать.
Кошусь на дверь в другой стороне кухни. Там мы еще не были. Беру веник на тот случай, если кто-то выпрыгнет из-за угла. Аккуратно приоткрываю ее. Темно. Веет холодом.
Подсвечиваю телефоном, щелкаю древним выключателем на бревенчатой стене и шире распахиваю дверь."
"Открывается вид на какой-то… предбанник что ли.
– Куда пошла? – взвизгиваю от неожиданного хлопка по жопе и подпрыгиваю.
Разворачиваюсь и замахиваюсь веником.
– Да ты достал меня! – луплю Мирона, яростно размахивая веником. Целюсь в голову. Бью так, что сухие ветки разлетаются в стороны. –
– Ты дура, что ли?! – сводный подставляет руку, перехватывает веник и дергает на себя, отшвыривает его в сторону печки.
– Давай, еще дров подкинь, чтобы вспыхнуло посильнее! – киваю ему.
Мирон отходит, отшвыривает веник ногой в другую сторону и возвращается.
– Ты с такими темпами будешь спать на улице, – усмехается.
– А ты точно умрешь не от голодной смерти. – корчу ему рожу.
Сводный лишь закатывает глаза и проходит мимо меня в предбанник. Оглядывается. Выхожу следом за ним. Перед нами две двери.
Мир дергает одну из них, бесстрашно заходит внутрь.
Это совсем маленькая комната. Микроскопическая. Здесь стоит лишь кровать и тумбочка.
– Смотри, – усмехается Мирон, показывая на стену.
На стене поверх стареньких обоев наклеены пачки из-под сигарет в форме огромной звезды.
– О, “Парламент”. – с интересом разглядывает их сводный. – “Мальборо”.
Замечаю на другой стене фотографии. Протискиваюсь за спиной Мира, подхожу ближе. приглядываюсь к изображениям. Компания молодых парней, еще подростков.
– Это что, Рэм Алиевич? – показываю пальцем на парня. Он похож на Мирона. Получается, мы в его доме?
Мирон оборачивается и подходит ближе, чуть склоняется.
Мне не уютно, что он прижимается ко мне, но по-другому тут не разместишься.
– Наверное. Я познакомился с отцом, когда ему было уже за тридцать, совсем молодым не знаю. Но похож.
– Ну, ничего, познакомился же? Зато раз – и внезапно сын богатого человека. – разворачиваюсь и пытаюсь протиснуться к выходу.