Смотрю в ее испуганное, бледное лицо и ловлю себя на неожиданном желании прикоснуться к нему.
Склоняюсь и коротко касаюсь ее губ. А она не сопротивляется!
Вот это повергает в ступор. Реально что ли кого-то увидела?
– Не уходи, я боюсь, – всхлипывает она, отстраняясь.
– А ночевать в доме, где кто-то бродит, не боишься? – хмыкаю.
Глядя на нее уже и самому как-то не по себе. Поэтому нужно разобраться, кто там и, наконец, готовиться ко сну. Если повезет, завтра отец сжалится и вернется за нами.
– Иди в дом. Я скоро вернусь.
– Я не пойду, – слезы, которые Забава так долго сдерживала, начинают катиться по ее лицу и я морщусь.
Обычно девушки слезами и истериками пытаются добиться своего. Заставить быть с собой или сделать что-то, чего ей очень хочется. Со мной не прокатывает. Но сейчас – другое.
Забава не плачет, пытаясь манипулировать мной. Она просто напугана и ей нужна помощь.
– Так, все. Успокоилась. – вытираю ей щеки и отодвигаю в сторону. – Жди меня здесь.
Включаю фонарик и захожу в сарай, закрывая за собой дверь. Сразу свечу по углам. Пусто. Медленно иду дальше. Матерюсь, споткнувшись об какое-то старое ведро, откидываю его в сторону. Пистолет на всякий случай держу на готове. Мало ли, какое дикое животное могло сюда пробраться. Дохожу до конца, осматриваюсь, но никого не нахожу.
Вздыхаю, пряча пистолет в карман.
Сейчас попляшешь.
– Забава, беги! Беги! – ору, сложив руки рупором. Усмехаюсь. Выбраться отсюда мне не составит труда, а вот ей потом несдобровать, заразе.
Внезапно над головой раздается какой-то тонкий вопль и меня обдает потоком холодного воздуха. Тело резко напрягается от пробежавших электрических импульсов.
Уклоняюсь в сторону и оборачиваюсь, выхватив пистолет. Держу на вытянутой руке и смотрю вверх. Затем опускаю руку, и тру лицо ладонью, стирая напряжение.
Возвращаюсь к Забаве. Быстро дохожу до двери, толкаю ее и вдруг вижу, как мне в голову летит лопата.
9. Мирон
Подставляю руку, уворачиваясь от удара. Черенок больно ударяет по предплечью. С шипением отталкиваю лопату в сторону, и она выпадает из рук Забавы. Она замирает на серунду, а после бросается ко мне на шею, всхлипывая. Прижимается, как к родному.
– О, боже! Я думала, это не ты! Ты кричал и я подумала!..