Храм богини Теллус (выцветшее старое строение, которому милосердно позволено было разрушаться) заслонял от него вид на Авентинский холм, а инсулы Эсквилина находились всего через две улицы.
Марк Фульвий Бамбалион, как сообщил Клодию управляющий, нездоров. Его примет госпожа Семпрония. Хорошо зная поговорку, что все женщины похожи на своих матерей, Клодий почувствовал, что сердце его упало при виде знаменитой и неизвестной Семпронии, типичной представительницы рода Корнелиев, пухлой и домашней. Она родилась незадолго до самоубийства Гая Семпрония Гракха.
– Публий Клодий, добро пожаловать, – приветствовала она посетителя, указывая тому на кресло.
– Госпожа Семпрония, это большая честь для меня, – отозвался Клодий, стараясь показать себя с лучшей стороны.
– Думаю, Аппий Клавдий уже сообщил тебе новость? – спросила будущая теща с совершенно непроницаемым лицом, оценивая Клодия.
– Да.
– Ты хочешь жениться на моей дочери?
– Об этом я и мечтать не смел.
– О чем? О деньгах или о браке?
– И о том, и о другом, – признал он, решив, что не стоит лукавить: Семпронии было известно, что он никогда не видел ее дочери.
Она кивнула, довольная его ответом.
– Это, конечно, не тот брак, который я выбрала бы для нее, да и Марк Фульвий не в восторге, – вздохнула Семпрония, пожав плечами. – Однако Фульвия недаром внучка Гая Гракха. Во мне нет той твердости, которой обладали все Гракхи. Муж мой тоже не унаследовал подобного качества от Фульвиев. И это, наверное, разгневало богов. Поэтому Фульвия взяла себе все то, чего не досталось нам с мужем.