– Даже если ты действуешь незаконно?
– Я не действую незаконно! Senatus consultum ultimum перекрывает все другие соображения, включая «обычные функции магистратов», как ты назвал обязанности Целера! – сорвался на крик Цицерон, заливаясь краской. – Скажи, ты сомневался бы в праве официально назначенного диктатора послать Целера из города больше чем на десять дней?
– Нет, не сомневался бы, – очень спокойно ответил Цезарь. – Поэтому, Марк Туллий, почему бы не сделать то же самое, но законно? Отмени свой декрет – эту пустышку, с которой ты носишься, и попроси сенат назначить диктатора, чтобы воевать с Гаем Манлием.
– Какая блестящая идея! – медленно протянул Катилина, сидя на своем обычном месте в окружении сторонников.
– Последний раз, когда в Риме был диктатор, его диктатура в конце концов сделалась похожей на царское правление! – выкрикнул Цицерон. – Senatus consultum ultimum придуман именно для того, чтобы справляться с государственными кризисами, не давая абсолютной власти одному человеку.
– Как? Разве у тебя нет власти, Цицерон? – спросил Катилина.
– Я – старший консул!
– И сам все решаешь, словно ты – диктатор, – с насмешкой произнес Катилина.
– Я – инструмент senatus consultum ultimum!
– Ты – инструмент управленческого хаоса, – сказал Цезарь. – Через месяц новые плебейские трибуны вступят в должность, и в течение нескольких дней до и после этого события необходимо присутствие в Риме городского претора.
– Такого закона нет на таблицах!
– Но есть закон, согласно которому городской претор не может отсутствовать в Риме более десяти дней подряд.
– Хорошо, хорошо! – пронзительно крикнул Цицерон. – Пусть будет по-твоему! Квинт Цецилий Метелл Целер, я приказываю тебе ехать в Пицен, но требую, чтобы ты возвращался в Рим каждый одиннадцатый день! Ты также вернешься в Рим за шесть дней до вступления в должность новых плебейских трибунов и будешь оставаться в Риме в течение шести дней после их вступления в должность!"
"В этот момент писарь передал раздраженному старшему консулу записку.
– Ну, Луций Сергий, – обратился он к Катилине, – кажется, тебя ждет еще одна маленькая неприятность! Луций Эмилий Павел хочет обвинить тебя на основании закона lex Plautia de vi. Об этом он только что объявил с ростры. – Он нарочито прокашлялся.