Красс инспектировал свои многочисленные предприятия. Теперь он относился к Цезарю с еще большим уважением.
– Однако не могу сказать, будто мне жаль, что я нашел предлог для отсутствия, после того как Тарквиний обвинил меня в сенате, – сказал Красс. – Согласен, это было интересно, но моя тактика очень отличается от твоей, Цезарь. Ты хватаешь за горло. Я предпочитаю не торопиться и возделывать свое поле как вол, которого, как говорят, я напоминаю.
– И с сеном на рогах.
– Естественно.
– Ну, как способ это определенно годится.
– И такой же дурак пытается свалить тебя, Гай. – Красс кашлянул. – Сколько у тебя долга?
Цезарь нахмурился:
– Если кто-то и знает об этом, кроме моей матери, так это ты. Но коль скоро ты настаиваешь на цифре, около двух тысяч талантов. Это пятьдесят миллионов сестерциев.
– Я знаю, что ты знаешь, что я знаю, сколько сестерциев в двух тысячах талантов, – усмехнулся Красс.
– Что ты хочешь сказать, Марк?
– В следующем году тебе понадобится очень выгодная провинция, вот что я хочу сказать.
– А Сицилию, Сардинию и Корсику не стоит и упоминать, – улыбнулся Цезарь.
– Безусловно."
"– Ты слышал, что с меня собираются взыскать долг через суд?
– Нет. Но я слышал, что Катул – говорят, ему намного лучше – опять собирается мутить воду в сенате и в комициях. Организует кампанию, чтобы продлить срок службы действующих наместников на будущий год, оставив преторов нынешнего года вообще без провинций.
– А-а, понимаю, – задумчиво протянул Цезарь. – Да, я должен был предвидеть такое предложение.
– И оно может пройти.
– Может, хотя я сомневаюсь. Нескольким моим коллегам-преторам не понравится, что их лишат провинций. Особенно Филиппу. Конечно, он – ленивый эпикуреец, но все же знает себе цену. Не говоря уж обо мне.
– Я просто предупреждаю.
– Я понял. Большое спасибо.
– Но это не решает твоей трудной проблемы, Цезарь. Я не вижу способа выплатить долг с доходов от провинции.
– А я найду способ. Моя удача мне поможет, Марк, – спокойно отозвался Цезарь.