Я первая «девушка» Антона «Беса» Наумова, но потом вспоминаю о том, как шатко мое положение, и сдуваюсь.
– Возьмешь это? – спрашивает Наташа, указав подбородком на блюдо с запеканкой.
– Да, конечно… – беру у нее блюдо.
Она достает из холодильника еще одно, на котором спиралевидно выложены какие-то тарталетки.
Вкуснятина.
Понимаю, что проголодалась.
– Это для Антона, – поясняет она.
Улыбаюсь. Он даже в этом умудрился выделиться.
– Давай поменяемся?
Она хихикает.
– Держи, – говорит этот домашний повар, передавая мне веганский набор.
Когда возвращаюсь в столовую, чувствую себя значительно увереннее. Моя печаль немного развеялась, но не ушла совсем. Я могу сорваться в любой момент.
Здесь очень оживленно, народ болтает наперебой. Все веселы и расслаблены. Антон сидит, откинувшись на спинку стула, и слушает рассказ какого-то парня. Как только я появляюсь в дверях, он тут же поворачивает голову и скользит глазами по моему лицу, слегка сдвинув брови.
Улыбаюсь и плыву к нему с подношением. Ставлю блюдо на стол, пропустив его голову между своих вытянутых рук.
– Приятного аппетита…
Антон поворачивает лицо и трется носом о мою щеку.
– Садись сама поешь… – тихо велит он.
Оставляю на его губах легкий поцелуй и сажусь рядом.
Случайно замечаю, как смотрит на нас Вера. Будто съела лимон. Отворачиваюсь и осматриваю стол. Хочу все. Я голодненькая.
Накладываю какой-то салат и котлету с картошкой. Кусочек запеканки тоже кладу. Я будто в Турции на фуршете.
Подсознание нашептывает, что так меня быстро разнесет.
Посылаю его к Вере и начинаю наворачивать.
– Алёна, а чем ты занимаешься? – спрашивает Наташа, подкладывая мне оливье.
– Я юрист, – отвечаю, прощаясь со своей осиной талией, и сразу кладу порцию майонезного деликатеса в рот.
– Ого, как удачно! – восклицает она. – Я тут закусилась с налоговой по поводу земельного налога! Они нам насчитали по кадастровой стоимости…
– Ага, поняла, – говорю, продолжая есть.
– Ура! – блаженно вздыхает она. – У меня вообще нет времени с этим разбираться.
– Я посмотрю, без проблем…
– Юристов нынче, как собак нерезаных… – слышу с противоположного конца стола.
Что ей сегодня неймется?
Поднимаю глаза. Присутствующие слегка замолкают, привлеченные этой громкой репликой.