– А ты сможешь мне на даче помочь, если тебе в выходные делать нечего?
Саша ощутил приятное волнение. Пусть не всё пошло по плану, но ведь главное – быть вместе, не так ли? Он поспешил согласиться.
– Ты, наверное, не так понял, там всё серьёзно. – Таня принялась ставить задачу. – Надо продвинуть моей маме идею продать эту дачу нафиг. Ты мужчина, тебя она послушает. Я тебя как бы позову помочь по хозяйству, а ты должен доходчиво до моей мамы донести, что там уже ничто не поможет. Справишься?
В субботу в шесть тридцать утра на пристани среди колхозного вида дачников, сумок, котомок, собак и даже одной козы стояла команда мечты: Саша, Таня, Пашка и Танина мама.
– Хоть карты и именуют нашу деревню Залахотьем, а людей не обманешь. Эту дыру кроме как Залохотьем отродясь никто не называл. – Теплоход отчалил, и Таня тихонько начала для Саши экскурсию, стараясь, чтоб никто не подслушивал.
– Как тебе, Саша, наши красоты? Нравятся? – Рядом возникла Танина мама. Своей заискивающей улыбкой она подсказывала ответ, который ожидала услышать.
– Не очень, – выдал Саша, поморщившись половиной лица. У Таниной мамы открылся рот, и она отошла в сторонку побыть наедине с собой. Таня тайком показала Саше два больших пальца. Теплоход плыл вдоль заросших берегов и неродящих полей.
– Каждую осень мы ходили на ферму воровать из-под коров навоз, – продолжала Таня. – Мама верила в агрономическую науку. Коровы её уже помнили. Когда она приближалась с детской коляской вместо тачки, они старались поскорей посрать и отбежать подальше.
Через час теплоход выпустил умаявшихся пассажиров в комариное пекло.
– Ну вот, почти добрались, – с неуместным задором сообщила Танина мама, – уже и дом видно!
Далеко на горизонте действительно виднелась ветхая деревня.
– Тут раньше жила тётя Света, – поведала Таня, когда добрались до первых домов. – У неё были кот, пёс и золотые зубы. И с ней было весело – не надо грядки поливать. Ещё она знала много разных стихов: «Вышел зайчик на крыльцо почесать своё яйцо…». Однажды я это дома рассказала.