Слишком равнодушно смотрела на золочёные канделябры и драгоценные гобелены, мраморные полы, витые колонны и строгих, вытянутых по струнке, стражников. Зато самого кронпринца опасалась всерьёз — об этом говорила чуть влажная ладошка и едва уловимая дрожь в пальцах. Тем удивительней было согласие, благодаря которому осуществили телепорт.
Кроме удивительного было и неприятное — принц по-прежнему не мог прорваться в её мысли. Бился, как комар о стекло, бесился, пыжился, а всё без толку. Кардер попытки прочесть чужачку уже прекратил и убеждал, что дело в природном иммунитете.
"Вопреки обыкновению, в этот раз он не спешил с выводами — собирал информацию, выжидал. Старался подметить и учесть любой жест, любой взгляд. И только в одном был убеждён железно: девчонку отпускать нельзя.
Несмотря на ранний час, у дверей тронного зала поджидал церемониймейстер — грузный вельможа с массивным, окованным медью посохом. Кронпринц невольно ухмыльнулся — его величество изволили пошутить, довести просьбу сына до абсурда.
Двери распахнулись, едва до них осталось три шага. Церемониймейстер первым ступил внутрь, ударил посохом об пол. Долгий, гулкий звук заполнил мир, а когда стих, басистый голос возвестил:
— Его высочество наследный принц Эрик.
К трону, на котором восседал статный седоволосый мужчина, шли медленно. Звук шагов отражался гулким эхом, затихал где-то под потолком. На ментальном плане царила абсолютная тишина, и это несмотря на то, что брови его величества неустанно ползли вверх.
— Отец! — величественно воскликнул он. — Позволь представить тебе Настю!
Наследник перевёл взгляд на девушку и замер в ожидании её реакции.
Согласно этикету, гостье следовало сделать глубокий реверанс, а согласно логике — восхититься или хотя бы оробеть, всё-таки с королём знакомят. Она же кивнула и пискнула придушенной мышью:
— Добрый день.
Его величество молчал не в силах осознать происходящее.
— Она колдунья, — наконец, пояснил Эрик. — Одна из тех, кто ходит между мирами.
После долгой, удивлённой паузы монарх оторвал взгляд от девушки и тихо обратился к сыну:
— Неужели?
Принц с гранатовыми волосами улыбнулся и кивнул.
«Эрик, как это понимать?» — вопрос был сдобрен изрядной долей удивления.
«Гардеробная, — мысленно усмехнулся принц. — Помнишь, я так и не сумел заменить старинную дверь. Вот через неё и пришла.