Рокон говорил уверенно, и Юкия с Масухо-но-сусуки потеряли дар речи.
– Но…
«Но почему?» – хотел спросить Юкия, но Рокон махнул рукой.
– Думаю, если кто чего и добьется, так это будет не господин Нацука, а ты. Будь готов.
И с этими словами Рокон расхохотался и вышел.
На площадке для колесниц в усадьбе Нацуки стояли две готовые, роскошно украшенные повозки. Обе выглядели великолепно, запряженные в них кони тоже были крупные и красивые. В первой колеснице ехал Нацука, а во вторую сел Юкия. Процессия направилась в Таниай.
Юкия открыл окошко. Вокруг экипажей повсюду летали верховые телохранители. Среди вооруженных до зубов воинов показался и принаряженный Рокон. Усадьба Нацуки находилась между дворцом и Таниай, поэтому оттуда было не так далеко до места назначения.
Повозки пролетели между нависавшими с двух сторон скалами и приземлились на площадку среди скученных домиков в Таниай. Юкия не думал, что она окажется настолько же хорошо изготовлена, как площадка при дворе, но приземление прошло неожиданно гладко.
Когда Юкия выглянул из повозки, вокруг собралась толпа подозрительных типов, они посматривали в его сторону, будто заранее знали, что прибудут колесницы. От этой толпы отделился человек. Видимо распознав встречающего, ему навстречу вышел Нацука. Юкия тоже выбрался наружу по знаку сопровождающего. Как только он откинул бамбуковую штору, ему сразу приготовили подставку на четырех ножках и обувь. Чтобы он не запутался в многослойных одеждах, воины подали ему руки.
Тот сегодня был в роскошном одеянии священника, расшитом золотом по плотной лиловой ткани. Пышные наряды вызвали в Таниай крики одобрения, но Нацука совершенно не обращал на это внимания.
– Благодарю за то, что организовали встречу. Я прибыл из дворца как представитель молодого господина, мое имя – Нацука из храма Мэйкёин.
Гостей встречал немолодой мужчина, с которым Юкия столкнулся недавно в доме Коумэ.
Юкия вдохнул запахи пережаренного масла и дешевого алкоголя.