Золотой ворон

Старик неторопливо добрел до середины комнаты, где застыли Нацука, Юкия и Рокон.

– Мальчонка молодец, а вот вам, господин Нацука, не пристало так себя вести. Ничего-то вы про Подземный город не знаете.

Старичок делано вздохнул, и Нацука, еще не придя в себя, попытался что-то сказать, но вперед быстро выдвинулся Рокон, не позволив хозяину произнести ни слова.

– Прошу прощения. Мы не ожидали, что и ты появишься.

– А кто это у нас такой церемонный? Неужели ты, Мититика?[12] Ты же не думал, что в мое отсутствие можно делать все что угодно? Уж братишку своего мог бы научить порядку?

Нацука, которого назвали братишкой, потерял дар речи.

Юкия ожидал, что Рокон поправит старика, но тот лишь склонил голову. Тогда и юноша заметил, что телохранитель, который среди возбужденных людей единственный сохранял спокойствие, теперь стал очень серьезным.

– Кто ты такой? – сдавленным голосом спросил Нацука.

Старик весело рассмеялся:

– Я ушедший на покой старик. В отличие от господина Коршуна и его людей, у меня нет ни норова, ни лица, которое надо спасать.

Просто решил разъяснить тебе наши правила.

– Что?!

– Ты, кажется, нас ни во что не ставишь.

Старик говорил негромко, но от его слов в комнате как будто разом похолодело. От этой угрозы, высказанной прямо в лицо, Нацука застыл.

– Мы тебе не какие-то мелкие шестерки. Если ты думаешь, что нас стоит поманить кормом, и мы тут же послушно в него вцепимся, так на это даже Коршун не купится.

Нацука выглядел как ребенок, не понимающий, за что его ругают взрослые.

Глядя на него, старик тихонько засмеялся.

– Это тебе не щенка в дом притащить. Ты своими действиями показываешь, что не осознаешь ценность заложника, относишься к нам с пренебрежением, да и самого себя не уважаешь. Неужели этот парнишка для тебя не лучше пса? – насмешливо спросил он. – Или так себя ведут благородные? С легкостью продают своих близких, а потом, обвинив в этом других, пытаются дерзко вести переговоры? Смотреть противно. Вот чем занимаются важные шишки в верхнем мире?

Нацука наконец увидел, что натворил, и покраснел.

Похоже, где-то в глубине души он презирал обитателей Подземного города. Прозвучавшее без всяких предисловий заявление «Я вам – заложника, а вы мне – информацию» действительно выглядело так, будто он ни во что не ставит собеседников. Нацука мог не до конца понимать свое положение в Таниай. Подземный город представлял главарь, а двор прислал замену. Это ранило гордость Коршуна и всего Подземного города.