– А силком гнать… Я подумал, что пусть уж так. Может, драться будем лучше?
– Ладно, – сказал Севка, – Извините, если глупость сказал. По местам…
Он все еще не верил себе, не мог вместить в голову, что полтысячи человек – взрослых, опытных, ждут его команды, согласились с тем, что мальчишка с двумя кубарями в петлицах отправит их в бой.
На смерть.
И командиры, и сержанты прекрасно понимали, что патронов хватит в лучшем случае на полчаса боя. А потом… Потом ни благие намерения, ни надежды баб в таборе ничего не изменят.
– Подпустить поближе! – крикнул Севка. – И без команды – не стрелять.
Он видел в кино, как командуют перед боем. Наверное, можно было придумать что-то получше… Как-то не так, хитрее, расположить бойцов, но ничего не приходило в голову, да и лейтенанты с сержантами не возражали.
Тут все просто получалось."
"Высота между двумя заболоченными озерами. Вправо и влево от холма тянутся болота, потом овраги.
Орлов сказал, что удержать атаку надолго не смогли, но это тогда, в том варианте истории, когда здесь не было трех сотен бойцов, которых Севка собрал по дороге к Трехозерью.
Опытный командир заметит, что плотность огня высокая. И может, станет ждать подхода артиллерии…
Правда, Орлов говорил о танковой роте, это десяток танков.
Нет, у нас есть две сотни бутылок с бензином, подумал Севка. Только как-то не верилось ему в их эффективность. Это ведь не полицейские машины по Европе жечь во время антиглобалистских выступлений.
Когда-то давно Севка читал, что следует в бензин добавлять загуститель, мыло, например, чтобы не тек бензин, как вода… Но где тут взять мыло?
Севка спрыгнул в окоп, который они вырыли вместе с Костей. Неглубокий, по пояс.