— Карц, ты не обижайся, но это какая-то голубая муть! Какой дворец внутри развалин? Какие девушки-лоты? Бред сивой кобылы…
— Шел бы ты домой, Трубачёв!
— Мы не договорили, и я не уйду, пока ты не поймешь, что на шлюхе жениться нельзя!
Слово «шлюха» из уст друга каждый раз действует на меня как крепкий удар под дых.
— Если не хочешь, чтобы я разбил об твою голову ту бутылку, — показываю взглядом на несчастную Мадеру, — вали отсюда, да побыстрее!
Лицо Кирилла резко превращается в злобную маску. Вижу, хочет многое мне сказать, но ограничивается одним лишь словом:
— Трезвей!
И уходит.
Той же ночью:
Натан
Легко сказать — трезвей!
Не могу, не сегодня…
Я звонил Ждане триста пятьдесят миллионов раз, я отправил ей больше пятидесяти сообщений, написал несколько писем на почту, проверил даже тот аккаунт в соцсети, который она использовала для продвижения Кириной группы. По всем фронтам молчок.
«Неужели больше про меня даже не вспомнит?»
Не могу в это поверить, не могу осознать. Как можно еще вчера с удовольствием с человеком спать, принять его предложение, а на следующий день внести в черный список? Обида? Ну да, тут я постарался.
Ближе к трем утра вспоминаю, что у меня есть контакт менеджера Жданы. Недолго думая набираю номер и попадаю, конечно же, на голосовую почту.
— Любишь спать ночью?! Гнида паршивая!
Отшвыриваю телефон за ненадобностью. Опрокидываю в рот остатки найденной в шкафу бутылки коньяка и заваливаюсь в постель.
«Если она не вернется, я сойду с ума…»
Сам не замечаю, как проваливаюсь в сон."
"Мне снится наш последний отдых на море. Она бесподобна в белом купальнике. Мы плаваем, гуляем, лежим на песке… а потом Ждана куда-то пропадает.
Просыпаюсь в холодном поту, смотрю на часы — десять ноль-ноль.