– Просто хотелось бы разобраться в проблемах, над которыми работает ваша лаборатория.
– Зачем это «собакам» ОКО?
– Я не «собака», – улыбнулся Горан. – Функции моего подразделения иные.
– По образованию вы физик?
– Скорее лирик.
– Тогда с этим мог бы справиться и Фарадей. – Кивок на витса, стоявшего в подобострастной позе, искра насмешки во взгляде. – Но уж коль я оторвалась от работы, попробую взять на себя роль гида. Только предупреждаю: времени у меня мало, от силы – двадцать минут.
– Вполне достаточно, – прижал ладони к груди Горан.
– Свободен, – глянула на Фарадея заведующая лабораторией, повернулась, бросила гостю через плечо: – Идемте.
Горан повиновался, ощущая смутное удовлетворение от того, что женщина не была интраморфом, иначе в этот момент она могла бы прочитать мысль гостя, когда он увидел ее мощный зад.
Рабочий модуль Эмилии был достаточно большим, имел два кокон-кресла с выходами на все отсеки лаборатории, гамма запахов говорила о том, что Эмилия курила и пользовалась духами «Черный жемчуг».
Беседовали гость и хозяйка действительно всего около двадцати минут, но Горан не пожалел, что начал ознакомление с наукой с посещения этой лаборатории. Он узнал много полезного о физике взаимодействий таких экзотических объектов и сред, как нагуаль и вакуум, «суперструна» и черные дыры, метагалактические домены и нагуали. Конечно, Горан знал, что «суперструнами» называются сверхплотные квазиодномерные объекты диаметром десять в минус тридцать седьмой степени сантиметров, то есть значительно меньше диаметра электрона, и длиной порядка диаметра Метагалактики, но он не знал, что «суперструны», существующие с момента зарождения Вселенной, могут рваться и свиваться в кольца, образуя своеобразные ворота, пролетев сквозь которые можно попасть в мир зеркального[26] вещества со своим круговоротом материи-энергии и своими законами.
– До Катастрофы Даль-разведка Земли обнаружила несколько таких объектов, – говорила Эмилия, закуривая тонкую оранжевую сигарету с легким наркотическим действием, – что и позволило применить теорию «суперструн» к созданию пронзающих Вселенную космических кораблей.
– Почему же они становятся видимыми? – поинтересовался Горан.