Стала видна и причина столь яркого солнца, разбудившего меня: с окон сняли занавески. С кровати мне было не видно пола, но я уверен, что и он блистал чистотой.
‒ Мне домой надо, – с трудом пробормотал я.
‒ Лежи пока. Куда ты пойдешь в таком виде! Тебе бы в больницу, но в нашу студенческую нельзя, проблемы будут, сто пудов. Ректор, говорят, еще в прошлом году распорядился отчислять всех участников драк, и правых, и виноватых. Может, и не отчислят, но разборки, по-любасу, будут. А тогда и хозяйка узнает, и родители, и вообще скандал устроят, к гадалке не ходи.
Я пожал плечами. Голова все еще болела, подкатывала легкая тошнота, я практически ничего не соображал.
‒ Успокойся, сейчас девочки придут, и что-нибудь придумаем. Автобус, так-то, еще не уходит.
‒ Тогда надо откуда-нибудь домой позвонить, ‒ сказал я и попытался подняться.
‒ Лежи, я тебе говорю! ‒ рассердилась Вера, хватая меня за плечо. – Сашка сказала, у тебя сотрясение мозга может быть, не дай бог в обморок грохнешься и еще себе что-нибудь расшибешь.
‒ Что там еще вчера было?
‒ Ну, мы с Настей подрались слегка, потом помирились, потом втроем со Светкой допили часть того, что осталось, и спать вырубились. Душевно посидели, я давно так не болтала. А Сашка тут над вами полночи сидела, говорит, ты блевать пытался, но только сплевывал, а Витек просто дрых. Она только ближе к утру вернулась и спать вырубилась. Ну, а утром я тут осталась, прибралась слегка, даже вон занавески замочила, вечером постирать. Ты вчера окровавленной рукой мазнул – чисто для ужастика стала занавесочка…
‒ Блин, но в сортир-то можно встать? Я же не инвалид, под себя ходить.
‒ Можно, ‒ согласилась Вера. – Только я за тобой пойду, пригляжу. Все равно покурить собиралась.
Я вышел во двор и огляделся. Был погожий теплый денек, просто классика бабьего лета. Во дворе не осталось никаких следов вчерашней потасовки, только возле калитки было рассыпано немного песка. Видимо, таким образом девочки решили скрыть пятна моей крови, которой, судя по пятнам на майке, накапало не так уж мало.
‒ Ты бы переоделся, что ли? Иди в комнату, переоденься и простынку с наволочкой сними, я к занавескам закину.
‒ Хорошо, спасибо. А пожрать что-нибудь есть?
‒ Суп с лапшой будешь? Давай, я тебе подогрею и в ковшичке принесу?
‒ Спасибо, будет очень кстати, – обрадовался я.