И либо она сделала это сознательно, на основе собственных суждений об этом человеке, либо же поступила безответственно, не глядя на возможные последствия.
— Протест отклонен, — сказала судья. — Прокурор, можете продолжать.
— Благодарю, ваша честь, — кивнул он и снова повернулся к Яне. — Итак. После того как вас задержали…
Я смотрел на это представление и качал головой. Нет, правда. Мне хотелось аплодировать. Вот встать и захлопать этому уроду. А что. Заслужил. Что ни говори, а наблюдать за работой профессионала одно удовольствие.
Если только этот проклятый профессионал не работает против тебя. Ага.
Марина протестовала ещё трижды. Давление на подзащитного. Предположение неподтвержденных фактов. Под конец допроса всё вообще свелось к искажению уже озвученный ответов, когда Стрельцов продолжил давить на окончательно запутавшуюся в собственных словах Яну.
И во всех трёх случаях судья поддержала протесты Марины. Ух, какие мы молодцы!
Если честно, то даже я не знаю, что было бы лучше в такой ситуации.
Когда допрос окончился, Яна выглядела так, словно готова расплакаться. А Стрельцов же просто невозмутимо глянул на циферблат своих карманных часов и заявил, что более вопросов не имеет.
Конечно, ты их больше не имеешь, скотина! После того как размазал её прямо на глазах у присяжных!
Затем настало наше время отыграть хотя бы часть очков в свою пользу.
Её выступление было оговорено нами заранее. Максимально прямые и простые вопросы, требующие ответа «да» или «нет». Максимум несколько слов и ничего лишнего. Я специально настоял на этом в то время, как Марина хотела, чтобы Яна едва ли не рассказала историю всей своей жизни и того, как она раскаивается в случившемся и никогда бы не нарушила закон вновь.
Я-то знал, что будет с Новиковой после того, как Стрельцов переедет её товарным поездом. Тут дай бог получить уверенное «да», а не слёзы истерики.
К счастью, она сдержалась.
— Вы знали что-нибудь о связях Леонида с наркотиками?
— Нет.
— О том, что он может торговать ими или же хранить их в вашей квартире втайне от вас?
— Нет, не знала, —тихо сказала Яна.