нечто большее? И человек ли он?
Иначе как он мог узнать о грехах Беверли Морган, таившихся в ее душе до этого самого дня? Откуда он мог знать, что она обкрадывала мать Максин Шапиро, ухаживая за престарелой леди после того, как ту постиг удар? А потом продолжала воровать у ее дочери: деньги, украшения. Она не постеснялась снять драгоценности с мертвого тела. Она была не просто воровкой, но еще и мародером. Зная об этом, Джон Милтон запросто мог добиться от нее любых признаний, намекнув, что, если ее темные делишки будут вскрыты на суде, подозрения в убийстве падут прежде всего на нее.
Увеличив дозу сердечно-сосудистой настойки из наперстянки, можно добиться летального исхода, причем смерть будет выглядеть совершенно естественной для ""сердечника"", если у патологоанатома не появится причин для дополнительных исследований.
Кевин выслушал ее признание, но, в отличие от исповедника, не мог дать ей отпущения грехов, поскольку сам не имел надежды, что ему когда-либо простится все, что он сделал.
Но сейчас у него не было времени думать о себе. Предупреждение Хелен касалось прежде всего Мириам – это ей грозила смертельная опасность.
Теперь, когда его сомнения насчет фирмы и партнеров достигли апогея, он решил заглянуть в контору и провести собственное расследование.
Уже имея представление, где искать, он понимал, что нужны конкретные улики, чтобы убедить Мириам, чтобы вообще объяснить кому-нибудь, что здесь происходит.
Диана была удивлена его появлением.
– А сегодня никого нет, мистер Тейлор, – сказала она. – Вот и мистер Маккарти только что вышел.
Кевин и сам прекрасно знал об этом: приметив Теда на выходе, он спрятался за угол, чтобы избежать встречи.
– Ничего страшного. Я просто хотел навести кое-какие справки по делу.
Ответив улыбкой, она сокрушенно покачала головой:
– Слышали последние известия о миссис Сколфилд?
– Нет. Я был за городом. А что случилось?
– Она в коме. Уже никого не узнает.