— А ещё я знаю, что мы занимаемся этим делом бесплатно. Поэтому ваш отказ от него не нанесет нам сильного вреда. Уж точно не больше, чем вам.
Эта тирада моментально сбила спесь с обоих. Видимо, в своём возмущении они немного позабыли о том, в каком именно положении сейчас находятся.
И Роман быстро понял, что это осознание к ним пришло. Не став провоцировать дальнейший конфликт, он ещё раз попросил их выйти, после чего уставился на меня.
— Может быть, объяснишь?
— Так, а чё тут объяснять? — довольно искренне удивился я.
— То есть ты не будешь отрицать, что подделал их подписи и эту чёртову доверенность?
— Нет.
Роман на пару мгновений прикрыл глаза. Глубоко вдохнул, после чего медленно спросил:
— Ты что творишь?
— Выигрываю дело. А ты что подумал?
— То, что я подумал, Александр, тебя не касается. Ты в курсе, что адвокатской лицензии лишали и за меньшее?
— Ну тогда очень удачно получилось, что у меня её нет вообще, — развёл я руками.
— Зато она есть у меня, — огрызнулся он.
— Ты серьёзно думаешь, что я настолько мелочный? — искренне поинтересовался у него. — Ещё скажи, что не смог бы отмазаться от подобной ерунды.
— Я считаю, что, вместо того чтобы заниматься своей работой, ты творишь какую-то чушь, — не остался он в стороне.
— Так я им и занимаюсь!
— Что-то не особо видно…
— Так ты меньше Насте помогай, — брякнул я и сразу же после этого мысленно обругал себя.
Понадеялся, вдруг он за это не зацепится.
— Что, прости? — переспросил Лазарев.
А нет. Зацепился.
— Просто забей, — отмахнулся я и поспешил сменить тему. — И касательно этого, да, я подделал их подписи на этой чёртовой доверенности. Специально это сделал. И да, я прекрасно знал, что Арсеньев и его адвокат им позвонят после того, как я уйду.
Лазарев хотел было что-то сказать, но затем нахмурился. Ему хватило примерно шести секунд.
— Ты устроил им ловушку, — сказал он.
— Дошло наконец, — не удержался я, надеясь, что сарказм в моём голосе не очень заметен. — Лучше расскажи, что за надменный мужик в адвокатах у Арсеньева.
— Какой ещё мужик? — не понял Лазарев.
— Полноватый такой, — начал я описывать. — Носит очки. Рожа вечно недовольная. О, ещё он французскими фразочками бросается и…
— Проклятие. Так и знал, что он в это влезет, — пробормотал Роман и раздраженно поджав губы уселся на одно из кресел. — Артемий Филинов.