Никаких неудобств для квартирантов это не составляло. Туда никогда не ступала нога человека.
При помощи перочинного ножа сотрудник гестапо снял эти плашки. Тайник в полу был неглубокий, всего сантиметров восемь. В нем находилась небольшая стопка документов. Это были рукописные копии секретных материалов из школы абвера. Забрать оригиналы Кромберг не мог, переписывал вручную. Даже беглого взгляда на них хватило, чтобы понять – это то, что надо. Списки преподавательского состава абвершколы, места дислокации филиалов учебного центра, фамилии курсантов и их позывные.
Сведения в документах были устаревшие, большинство из них утратило актуальность, но сути дела это нисколько не меняло. Один из сотрудников гестапо помчался с радостной вестью в управление, двое остались в квартире.
В половине второго ночи служба пеленгации засекла работу незнакомой радиостанции.
Они вытряхнули из кровати ошарашенного Кромберга. Он хлопал глазами, возмущался и ничего не мог понять. На простыни остались следы постельной баталии, но проститутки Хельги Браун там не оказалось.
Кромбергу дали возможность одеться, связали руки и посадили в угол.
– Кретины, она же в подвале! – выкрикнул оберштурмфюрер, руководящий группой.
Дверь в подземелье гестаповцы обнаружили не сразу, она сливалась со стеной недалеко от кухни и была заперта изнутри на засов. Сначала ее ломали с помощью кухонных ножей, потом кто-то принес ломик. Люди скатились вниз по крутой лестнице.
В подвале горела керосиновая лампа. Он был небольшой, использовался для хранения ненужных вещей, муки и круп. На тумбочке стояла радиостанция, приспособленная для переноски за плечами. К ней подсоединялись наушники. Это означало, что радиостанция недавно кем-то использовались! Именно ее сигнал и засекла техническая служба!
Хельги Браун в подвале не было. Но не испарилась же она по волшебству!
Крышка люка в земляной стене была обнаружена быстро.