Что бы я ни делала, с кем бы ни говорила, что бы ни планировала — все время где-то рядом присутствовал образ Марка.
Сегодня вечером я снова услышу его голос… Почему я так испугалась, когда он предложил приехать? Откуда во мне этот страх? Почему бы мне не разговаривать с Марком, как со старым другом, который несколько лет отсутствовал, — это было бы лучше всего. Но, боюсь, мне это не удастся. Я никогда не смогу относиться к Марку ровно и спокойно — слишком сильные чувства он во мне вызывает даже сейчас.
Скоро, очень скоро мы с ним встретимся… Интересно, чего я так нервничаю? Может быть, он стал старым, толстым и лысым, вот будет смешно!
Спокойнее, Агнесса, расслабься, уговаривала я себя.
Я вышла из церкви в каком-то умиротворенном состоянии. Снова заморосил дождик. Во дворе я остановилась в нерешительности: до какой станции метро мне идти? Ближе всего — «Павелецкая», но она мне вроде бы ни к чему… Чуть подальше — «Новокузнецкая» и «Третьяковская».
Я уже пересекла Ордынку, когда что-то заставило меня оглянуться. По пустой мостовой мчалась на огромной скорости большая белая машина; почти поравнявшись со мной, она вдруг резко повернула направо, как бы вспрыгнула на тротуар и понеслась прямо на меня.
Эта картина много раз потом прокручивалась у меня в голове. В такие моменты время как будто останавливается, ты все видишь, как на замедленном киноповторе, и успеваешь передумать многое, только твои движения такие же замедленные, как в кино, и руки и ноги не успевают за мыслями.
Можно сказать, что меня спасло чудо, но на самом деле — моя отличная реакция и выставленные на тротуар из подворотни мусорные баки.