Агнесса среди волков

И она, и Николай Ильич были от Рафаила в полном восторге: он беседовал с ней два часа, проникся, прописал ей лекарства и договорился, что они заглянут к нему дней через десять.

Я посмотрела на рецепты и удивилась: это были те средства, что обычно прописывают при депрессии. Неужели я не права и основное в болезни Виолетты — не алкоголизм, а непреходящее горе? Тем не менее Аргамакова стала регулярно принимать желтенькие таблеточки амитриптилина. Пить она, казалось, перестала, и я действительно подумала было, что она небезнадежна.

К тому же я ее устроила по знакомству на массаж, и Витя каждое утро возил ее в престижную поликлинику, бывшую вотчину партократов, а теперь место паломничества новых русских.

Но это не значит, что она отказалась от своих идей относительно лечения у экстрасенсов. Нет, она все время продолжала меня дергать и, невзирая на мое отчаянное сопротивление, таскала меня по разным доморощенным магам и гипнотизерам. Многие из них действительно занимались гипнозом, и по крайней мере один даже имел медицинское образование.

У меня создалось впечатление, что она их просто коллекционировала — из спортивного интереса. Что ж, у людей бывает разное хобби: одни собирают марки, другие — банки из-под пива, а третьи — колдунов и ясновидящих.

Я как-то у нее спросила, где она достает координаты этих целителей. Неужели среди объявлений в «Московском комсомольце»? Виолетта отвечала уклончиво — некоторые, мол, адреса она действительно взяла из объявлений, но в основном действует по рекомендации своих приятельниц, таких же, как она, жен богатых бизнесменов; а к нескольким экстрасенсам ей посоветовали обратиться в офисе моего брата.

"

"Один из этих деятелей, очень невысокий, хотя и крепкий мужчина средних лет с черной, скорее всего крашеной бородой и густыми бровями над темными непроницаемыми глазами, которые, казалось, пронизывали тебя насквозь, явно работал под Свенгали[1]. Бархатный голос с густыми обертонами и бархатный же черный пиджак — имидж у него действительно был демонический, думаю, он немало этим занимался.

Соответственно имиджу был у него и гонорар — он принимал только богатых пациентов. Он действительно был очень известен, о его школе гипноза напоминали рекламные объявления практически во всех московских газетах. Очень возможно, что многие пациенты по-настоящему впадали в гипноз от одного его вида и звука голоса, но Виолетта не относилась к разряду дурочек, готовых слушать любого мага и волшебника с открытым ртом.