Ну, это будет ""потом"", а упускать такую возможность ей не хотелось. Слишком уж болезненны были ее переживания, из-за того, что подруга перешла ей дорожку, своим развратным искусством отняв у нее любовь мужа, обещанного ей чуть ли не с детства…
— Раздвинь ноги, раб! — потребовала девушка, собираясь с духом.
Мошонка то ли от страха, то ли от прохладного по сравнению с теплым парным воздухом душа сморщилась, подтянувшись к телу, и эрекция Шайна, так возбудившая ее, сейчас уже не была полноценной.
Парень был напряжен, как натянутая струна, частое поВерхностное дыхание выдавало его панику, подстегивая саму девушку действовать смелее, пока не прошел настрой. О чувствах и переживаниях раба, она, естественно, думала в последнюю очередь.
Шайнэлиер послушно выполнил приказание.
— Шире! — произнесла Кэйт, прикинув, что вряд ли уместится между его бедер, при таком его положении.
Раб беспрекословно выполнил указание и снова замер. Девушка опустилась на кровать, на колени, между его ног, откровенно любуясь интересным ракурсом положения тела, выглядевшего сейчас таким порочно-беззащитным, что даже дух захватывало. Решая, с чего бы начать, медленно провела ноготочками по внутренней стороне его бедер почти до самых колен, пытаясь сообразить — то ли это ее руки дрожат, то ли Шайна так потряхивает от новых ощущений.
Шайн действительно был близок к состоянию, когда долгое ожидание неизвестности нервирует, и кажется гораздо страшнее самих последствий. Судя по требованию госпожи, произнесенному как ему показалось (но, наверное, от страха) каким-то незнакомым вкрадчивым голосом, царапнувшим внутренности бархатной лапкой, развлекаться она будет изощренно. И, скорее всего, одновременно сразу во все дыры…
Парень попробовал расслабиться, чтобы проникновение анфаллоса прошло по возможности безболезненно, но его, почему-то, не последовало.
А когда госпожа положила теплые ладошки на его живот, он и вовсе перестал дышать. Это действие было почти похоже на ласку.