Но чего ей это стоило? И теперь ее Айкейнури смотрит ему в рот и ведет себя точно также, как она когда-то.
И вот, после таких не очень приятных размышлений, в комнату влетает Айк и объявляет, что хочет учиться танцевать у Эйна. У Кэйт даже дыхание на секунду от гнева перехватило:
— Ах! Ты! Нет уж! Как ты себе это видишь, Айки?! Мы на выступлении должны будем танцевать втроем, поэтому и репетировать будем втроем! Понятно?!
— Да, госпожа, — Айкейнури не ожидал такой агрессивной реакции на, в общем-то, вполне ожидаемый от него отказ обучаться танцам у Рэйнийляша, — но основы…
— Вот и основы тебе покажем я и Рэйни, или ты хочешь, чтобы вместо тебя третьим взяли кого-то другого? Мне кажется и Нэй, и Никки с радостью согласятся…
— Нет, госпожа, что вы! Я… Простите! Я не подумал… Простите!
— Все.
— Спокойной ночи, госпожа…
Расстроенный Айкейнури побрел к себе и пол ночи жаловался Никки на жизнь.
А расстроенная Кэйтайриона, уткнувшись в плечо Шайну, тоже пол ночи плакалась на жизнь, жалуясь, что только зависимости Айка от Эйна ей и не хватало. А Шайнэ пытался очень аккуратно пропихнуть в головку госпожи мысль о том, что, возможно, влияние ее мужа на Айки, как раз очень даже положительно сказывается на последнем. ""Но он на него так влюбленно смотрит…"" — тихо всхлипывала Кэйт, которой совсем не хотелось, чтобы один из ее двоих любимцев попал в сети очарования этой зеленоглазой бестии, ведь выбираться из этих пут так трудно, уж она-то знает.
* * *Рэйни чувствовал, что обучение Айка самбе будет так же опасно, как бег по тонкому льду озера.
Пол ночи Рэй обдумывал, чего конкретно он хочет. Поглумиться от души над соперником? Довести его до нового эмоционального срыва? Все это было довольно сложно реализовать, при наличии постоянно находящейся рядом Кэйтайрионы.