Писать Лунолика любила даже больше, чем читать — конверт с ее письмом был самым пухлым. И сейчас я этому радовалась — казалось, подруга сидит рядом со мной и рассказывает, рассказывает…
Она и впрямь получила приглашение во дворец, и теперь с нетерпением ожидала начала практики, до которой оставалось всего чуть-чуть. А пока писала курсовики, сдавала зачеты и наслаждалась последними днями студенческой жизни. Еще я узнала, что капитан Фуксия собралась замуж — ей предложил руку и сердце владелец магазина спортивных товаров, старый ее знакомый.
А еще в академии теперь три новых конюха, которые выполняют работу кое-как, жалуясь на непомерные нагрузки. И как только Рек один справлялся?
“Кстати, о Реке, если ты все еще хочешь разорвать ритуал с тем типом, в которого он превратился, я, кажется, знаю, как тебе помочь. В последнем томе дорогого Перемежайтиса, в “Страсти бесконечной любви”, есть кое-что интересное на этот счет.
Я торопливо дочитала письмо до конца, убедилась, что этой темы подруга больше не касается, и взялась за письмо Порка, надеясь найти там необходимую информацию.
Ожидания не оправдались — Порк написал о том, как продвигаются дела с выходом кулинарной книги, поведал о последнем заседании клуба имени себя, отругал криворуких поваров из столовой академии, которые не могут отличить фархалийский грац от мурианского дзола и выразил надежду, что мой “занудный муженек” не свел меня в могилу своим кислым видом.
Печенька оказалась вкусной, я слопала ее, даже не заметив. Эффект появился сразу же: настроение скакнуло ввысь, мир заиграл красками, и я поняла, что горы могу свернуть. Вот прямо сейчас, сию же минуту! Вскочив, я пробежалась по комнате, чувствуя, как бурлит во мне жажда подвигов и свершений.
Я схватила письмо подруги, еще раз прочитала название и пулей вылетела из комнаты.
Два лестничных пролета преодолела в один миг.