Сейчас Дерек прятаться не стал, и Уна, заливаясь краской стыда, сквозь опущенные ресницы рассматривала его обнаженную грудь, плоский живот, по-юношески стройную фигуру… и его возбуждение. Никогда прежде Уна не видела обнаженного возбужденного мужчину, и ей стало невероятно стыдно и вместе с тем волнительно — до прилива волнующего удовольствия, — когда Дерек лег рядом, склоняясь над ее грудью и целуя ее остренькие соски, и одновременно сжимая ее пальцы на своем вставшем члене.
— Я хочу, — хрипло произнес он, заставляя ее пальцы скользить вверх-вниз по напряженной жесткой плоти, — чтобы ты сделала мне вот так…
Уна подчинилась и застонала, когда Дерек навалился на нее, целуя, прихватывая е губы своими губами, снова вводя в ее мягкое податливое тело пальцы, так же жестко, властно, массируя бархатное упругое донышко ее лона.
— Ноги шире, — велел он, едва заметив, что Уна пытается сжать коленки. Ее дыхание было частым, девушка извивалась, стараясь как-то перетерпеть удовольствие молча. Пальцы Дерека, выскользнув из ее узкого лона, чуть погладили девушку, ее припухшие губки, мокрые от возбуждения, и снова вернулись к горячей пульсирующей дырочке, только уже не два, а три, и вошли в ее лоно жестко, безжалостно, выбив из напряженного горла девушки жалкий крик. Эта жесткая, даже жестокая ласка странным образом возбудила девушку, ее бедра бесстыдно двигались, она насаживалась на терзающие ее пальцы и замирала, затаив дыхание и подтягивая колени к груди, когда толчки в ее теле становились быстрее, сильнее, глубже.
— Ножки шире, — мягко повторил Дерек. Его ласкающий слух голос словно принадлежал другому человеку, потому что рука его двигалась в теле девушки быстро и сильно, то ли лаская ее тело, то ли терзая его. Уна заходилась в беспомощных стонах, извиваясь и дрожа, когда его пальцы, чуть покачиваясь туда-сюда, растягивали ее лоно, а большой палец вкрадчиво поглаживал самую чувствительную точку.
— Не могу, — стонала Уна, стараясь подчиниться ему и раздвинуть дрожащие бедра. — Не могу…
— А если я захочу посмотреть?
Руки Уны сжимали, комкали простыни, когда Дерек силой развел ее колени широко и опустился меж ее разведенными ногами, прижался на миг лицом к ее животу.