— Вот тот документ, — вклинился в разговор Рондвир, протягивая королю какой-то свиток.
Джейлис он очень напомнил один из свитков, обнаруженных ими в подземелье. Интересно, когда же Ронд успел добыть его оттуда? Ситал рассказал, что больше потайная комната открываться не желает. А тогда вампир уходил вроде бы с пустыми руками.
— Хорошо. Береги его, — свиток Элестайл не взял. — На досуге прочту. А теперь пошли вон, все четверо! — вампир сверкнул на них глазами так, что у Джейлис похолодело внутри. Он был сейчас такой чужой.
Однако послушался его только Рондвир.
— Я остаюсь, — безапелляционно заявил Лорго.
— Ну и дурак, — бросил Элестайл. — Что ты можешь сделать полезного? Стрелять из лука по пушкам?! Или отбивать мечом ядра?
— Я не буду прятаться как крыса, пока другие рискуют жизнями.
— Лорго, это не твоё войско. Мы даже не в Кордаке, — попытался всё же вразумить его вампир. — Если своя жизнь не дорога – хоть девушек пожалей.
— Мирэл, Джейлис, уходите, — повернулся к ним экс-король.
Мирэл лишь упрямо помотала головой.
Джейлис сделала было шаг прочь, но тут сердце сжалось до физической боли. Он же имеет все шансы погибнуть здесь, а её прогоняет. Да разве сможет она сидеть в этом проклятом подземелье, не зная, что с ним, жив ли вообще!
Девушка развернулась обратно.
— Ты мешаешь мне сосредоточиться на работе, — мрачно проговорил Элестайл.
— Я не буду мешать, звука не произнесу, — пообещала она. — Только не прогоняй. Там, в неизвестности, я с ума сойду!
— Если ты немедленно не уйдёшь, — ледяным тоном произнёс вампир, — между нами всё кончено.
Вот же бессердечный гад!
— Ненавижу! — прокричала Джейлис и в слезах бросилась к дверям Главного корпуса.
Проводив её взглядом, Элестайл повернулся к Лонгаронелю:
— Лон, возьми пока руководство на себя. Надо всё-таки убрать отсюда и этих двух баранов.
Тот лишь кивнул и, расправив крылья, улетел куда-то в центр замка.
— Я не... — договорить Лорго не успел.
Что-то бахнуло возле леса на западе, затем просвистело оттуда к замку и оглушительно взорвалось за восточной стеной.
Лорго схватил Мирэл в объятия, словно надеялся защитить её своим телом:
— Уходи, уходи, уходи! Умоляю, уходи! — зашептал он в страхе за жизнь возлюбленной.
— Только вместе с тобой, — она была непреклонна. — Тебе действительно нечего здесь делать.
Они стояли, боясь сдвинуться хоть на шаг. Оставаться на месте, впрочем, было не лучше.