Отец Леона! Точно! Я вспомнила рассказ Хайдена о том, что его отец был в том самом отряде, который искал подземелья в академии много лет назад. Но в этой же экспедиции был и мой дед! Могло ли быть такое, что это они договорились о нашем замужестве? Бред какой-то, зачем?
После душа я вытерлась жёстким полотенцем, а затем переоделась в удобное домашнее платье. Несмотря на то, что во рту не было ни крошки за прошедший день, кроме единственной чашки чая, идти на ужин и встречаться с враждебно настроенным отрядом под предводительством госпожи Беллы я не желала.
Закинув в рот несколько конфет, оставшихся после визита господина Альсара, я запила их стаканом воды и юркнула под одеяло. Отключилась сразу же, как только голова коснулась подушки, но долго спать мне не дали. Стук в дверь бесцеремонно вторгся в моё сознание и выдернул из сна.
На пороге стоял целый и невредимый Кристиан де Ареон: бледный, с кругами под глазами и уставшим взглядом.
— Господин декан, как себя чувствуете? С вами всё в порядке? — вид живого и пребывающего в здравом уме руководителя спецкурса ощутимо поднял мне настроение.
— Голова немного кружится, а так я в норме, — вымученно улыбнулся де Ареон. — Розалин, что случилось с Леоном?
С круглыми от удивления глазами я посмотрела на Кристиана. Почему он интересуется самочувствием ректора, ещё и у меня? Судя по его внешнему виду он совсем недавно пришёл в сознание.
Повисла неловкая пауза. В моей голове роились множество вопросов и вариантов ответа, но после слов декана спецкурса, они отпали сами собой:
— Хайден заперся в своём кабинете вместе с Алленом и, судя по раздающимся оттуда голосам, они успели крепко набраться.
Сначала я подумала, что это шутка, причём неудачная. В академии был сухой закон и нарушителей увольняли с соответствующей пометкой в личном деле. Нет, я знала, что ректор, а также некоторые преподаватели держали у себя небольшие запасы спиртного, чтобы пропустить рюмочку для крепкого сна.
Несмотря на то, что Кристиан ещё был слаб, он с лёгкостью опередил меня и первым добрался до кабинета, из-за двери которого слышались громкие голоса.
— Я! Ей! Кормил её на этом самом месте! — с надрывом в голосе жаловался Хайден так громко, что даже сквозь дверь я отчётливо слышала каждое слово.