Надо сказать, что волосы, пожалуй, и были её единственной гордостью. Мало кто на их факультете мог похвастаться такой густой шевелюрой, а значит и силой огненного дара. Ведь, как известно, магия и внешность были взаимосвязаны.
— Кстати, а я смотрю у тебя-то огненный дар ещё совсем не проснулся, да? — в отместку язвительно поддела Синтия брюнетку. — Вот бедняжка.
— С чего это такие странные выводы? — хмуро поинтересовалась собеседница.
— Странные? От чего же? Твои волосы…они же такие… чёрные! — ядовито улыбаясь, вкрадчиво прошептала ей на самое ухо Линд.
"«Причём тут мои волосы?» — озадаченно думал дракон, пока они наконец не зашли в аудиторию, заполненную их одногруппницами, которые абсолютно все являлись обладательницами рыжих волос того или иного оттенка.
Теперь-то ему было понятно, отчего так настаивала на проверке дара карга-ректорша. И почему никак не может перестать довольно скалиться эта тощая невозможная девчонка…
«Это ж надо было так опростоволосится!»
Собираясь в стан врага, дракон, казалось, учёл абсолютно всё.
«Хорошо ещё, что никто ни о чём не догадался. Правда, похоже, теперь мне не только придётся притворяться местной барышней, но и ко всему прочему разыгрывать магическую калеку!» — в очередной раз досадливо вздохнул Марион, недовольно усаживаясь на свободное место.
В класс вскоре после них зашёл и сам преподаватель. Что удивительно, тот был мужчиной, почти единственным в этом пёстром цветнике. Хотя, по скромному мнению дракона, мужчиной того назвать было просто кощунство. Профессор истории, одетый в бордовую мантию, был настолько дряблым и древним, что больше походил на старый предмет мебели — маленький, обтянутый потёртым бархатом, антиквариарный пуфик.
— Вижу, у нас тут появилась новенькая студентка, — обратился преподаватель к брюнетке и выжидающе сделал паузу.
«Поразительно! Оно ещё и видит!» — чуть ли не вслух отметил дэ Салвэнд.
— Это Мари Салливан, — ответила за новенькую Линд.