Хотя некоторые, очевидно, предпочитают волков…
– Ты как? В порядке? Срыв не грозит?
– Я в норме, – ответил Моррен. – Сегодня она казалась такой счастливой. Похоже, мне придется подождать еще пару месяцев.
– Ты неисправим.
– Зачем исправлять совершенство? – резонно поинтересовался он.
***
Родерик вернулся глубоко за полночь и, задержавшись у порога и вдохнув сладкий аромат печеных яблок, поспешил в спальню. Арнелла была там, спала, свернувшись в клубок, как котенок, в кресле у камина, но, услышав шаги, открыла глаза и поморгала, разлепив ресницы.
– Почему не в кровати? – строго спросил он, тая и от ее разрумянившихся щек, и от его перстня на тонком пальце, и от теплых искр, мерцающих в глазах.
– Почему ты так долго? – ответила она вопросом на вопрос и, потянувшись, встала.
– Я думал, ты приедешь завтра, – сказал Родерик и, подойдя к ней, обнял. – Но очень рад, что ты здесь.
Она была такая теплая, мягкая, еще толком не проснувшаяся, и он потянул вниз лямки ее платья, целуя нежную шею.
– Как прошла свадьба? – поинтересовался Родерик. – Почему ты вернулась так рано? Все в порядке?
– В целом, да. Мама… – она запнулась на миг, точно хотела сказать что-то другое, – была очень красивой невестой. У платья был длиннющий шлейф, который носили два мальчугана. Но в конце вечера они передрались и испачкали его тортом.
– Как же без него, – проворчал Родерик и не без удовольствия добавил: – Вы с ним теперь вроде как родня.
Ерунда, конечно, но Моррен ему все уши прожужжал про опасного и крайне дерзкого зародыша Лефоя. Третий бокал они подняли как раз за него, самого сильного водника из оставшихся в живых после прошлой Охоты.
– Вроде как, – ответила Арнелла и, принюхавшись, с подозрением спросила:
– Ты что, пил?
– Зашли в бар с Морреном, – ответил он, тоже разглядывая ее внимательнее.
Красное платье подчеркивало все изгибы стройного тела, а вырез щедро открывал ее прелести. И в таком виде она провела вечер без него. Общалась с другими мужчинами, быть может, слегка флиртовала, танцевала с Эмметом…
– Вырез слишком глубокий, – заметил он. – Тебе стоит самой выбирать наряды, а не полагаться на свою мать.
– Мы, кажется, уже обсудили этот вопрос, – вспыхнула Арнелла. – Ты не будешь решать, что мне носить.