— И ты даже не представляешь, как близко, — протянула Дени, всё так же наблюдая за нашим общим знакомым. — Этот кошак с крейсерским обаянием вот прямо сейчас уже обеспечивает себя приятным вечером, а то и ночью.
— Да вроде ничего такого, — протянула я, разглядывая сценку.
Конечно, блондинки беззастенчиво лапали лейтенанта Раадши-Харта, и это даже отозвалось слегка царапающим зудом где-то внутри, ведь мне показалось, что Хальгард флиртовал со мной в медбоксе, но в целом всё выглядело вполне прилично.
— С какого спутника ты свалилась, Крис? Она же поит его! Ладно, пойдём.
— Поит? А что тут такого?
«Никогда не предлагай разделить пищу с представителями тех рас, о традициях которых ты мало что знаешь», — вспомнились слова самого ларка.
Дениз посмотрела на меня, нахмурившись.
— Ты что, совсем-совсем ничего не знаешь о расах Федерации? — И, видя моё замешательство, шумно вздохнула: — У ларков вот так есть или пить из чьих-то рук — это определённо давать согласие на соитие.
Я споткнулась и чуть не упала.
— Ка-а-ак «давать согласие на соитие»?!
— Традиция такая, — отмахнулась Дениз. — Ничего особенного, просто постарайся не принимать еду из рук ларков. И вообще, не связывайся с ними — разобьют сердце, потом будешь годами собирать по осколкам.
«А если я уже?!»
Коридоры мелькали перед глазами, но я даже не пыталась запомнить дорогу. Меня интересовало, как всё-таки трактовать принесённую Хальгардом еду в медотсек.
— А… исключения бывают? — торопливо спросила у Дени. Она вроде бы никуда не бежала, двигалась очень плавно, но я еле-еле за ней поспевала.
— Бывают, конечно. — Она кивнула. — Извинения или когда ларк демонстративно кладет еду на поверхность, или если он не является защитником… — Пиликнул коммуникатор, и она прервалась, читая сообщение. — Прости, мне надо ответить… Вот моя каюта, заходи.
Глава 11. Шахматы
Лейтенант Ивес Ир’сан"
"Результаты лабораторного исследования пришли на коммуникатор одновременно с тем, как Ивес Ир’сан переступил порог кабинета жирного захухри с близко посаженными бегающими глазками и блестящей, как шар для боулинга, лысиной.
— Отойди, рогатая мразь! — заверещал толстяк тоненьким фальцетом.