Если я хоть что-то понимаю в Севе, то скажу, что к тебе он относится совершенно не так, как к другим девушкам… Шварх, да он даже специально меня подпоил! Такого за ним вообще никогда не водилось! Я уже молчу о том, что он сегодня своим хвостом все пробирки в лаборатории побил и совершенно им не управляет. Не хватало ещё, чтобы купол проткнул… Он же цварг, с него станется. И судя по тому, что вон с тем образцовым носителем Y-хромосомы у тебя ничего нет, а с Севом было, ты тоже к нему неравнодушна.
Я просто не знала, что на это ответить.
– Ладно. – Марк внезапно махнул рукой. – Я своё чёрное дело сделал, твой номер взял, а дальше будь что будет. Пока, Вивьен.
И, кивнув на прощание, Танеко быстрым шагом буквально вбежал в ближайший подъехавший лифт.
– Вивьен, мы всё-таки не договорили, – начал ларк.
– Не договорили. – Я согласно кивнула. – Но, повторюсь, моя личная жизнь тебя не касается, Грегори. Что до Юнисии, я помню свои обещания и намерена исполнять обязанности Хранителя до последнего вздоха. Никто и ничто не поменяет моего решения.
Контррационально. Но именно жизнерадостный и общительный Марк поставил окончательную точку в этой короткой истории моих отношений с цваргом. Я поняла, что не имею никакого права даже надеяться на то, чтобы вновь увидеть Севера. Я приказала себе законсервировать чувства. Спрятать их в вакуумную упаковку и убрать на самую дальнюю полку кладовой, чтобы они ненароком не попались на глаза. Так отчаянно голодающие и желающие похудеть толстушки выкидывают всю еду из конденсатора, а порой даже программируют оный, чтобы он не открывался по ночам.
Глава 9. Кораллит, глициния и медный колокольчик
Не знаю, что именно повлияло на Грегори – мой безучастный голос или решительный настрой, – но, к счастью, он не стал напрашиваться в «Постель и завтрак», чтобы проверить, как я обустроилась в подводном мире.