— Профессор, — обратилась Ланель, — а почему в учебниках не говорится о том, что это зелье токсично? И какой эффект может наступить от передозировки?
— Исаврийская, может у Вас есть предположение?
— Цена на зелье сильно высокая? — неуверенным голосом озвучила предположение она.
— Нет, не деньги. Апраксин? — Он тоже отрицательно покачал головой. — Ответ до банального прост. Всё дело в авторе учебника. Он написал его до того, как об этом недостатке стало известно. Что касается передозировки, может нам расскажет Романова?
— Потеря зрения от месяца до полугода, — ответила Анастасия.
— Всё правильно, — сказала профессор, после чего начала опрашивать остальных студентов о компонентах, входящих в состав зелья.
После практической части, на которой все следили за тем, как профессор точными движениями нарезает и скидывает в котел магические ингредиенты, в помещении появился стойкий запах мокрого кошака. По крайней мере у меня он вызвал такую ассоциацию.
— Тьер, будьте добры, останьтесь, — попросила меня профессор после окончания занятия.
— Профессор, мне неохота Вам врать, могу лишь сказать, что у меня возникли трудности, которые сейчас я стараюсь разрешить.
Она посмотрела на меня, будто стараясь увидеть вру я ей или нет.
— То есть Вы не охладели к моему предмету? Я правильно Вас поняла? — продолжая пристально смотреть на меня задала она вопрос.
— Всё верно, — ответил я.
Ещё некоторое время мы смотрели друг на друга.
— Хорошо, — произнесла она, отворачиваясь в сторону котла, — надеюсь Ваша проблема в скором времени разрешится. Однако я хочу, чтобы Вы понимали, Тьер, я не позволю на своём уроке, чтобы студент не использовал все свои силы. И то, что Вы одарены магическим зрением, только увеличивает с вас спрос. Я ясно изложила свою мысль?
— Предельно, профессор, — ответил я слегка поклонившись.
— Что от тебя хотела эта брюзга? — спросила Ланель, когда мы сели обедать.
— За что ты её так?
— Потому что она помешанная на своих зельях. Не пойми неправильно, я ценю мастеров своего дела, коим она является. Однако сегодня она повела себя нетактично по отношению к Романовой.
Я повернул голову в сторону Анастасии.
— Ланель, вот ты за неё беспокоишься и защищаешь, а светлейшая княжна даже не слушает нас, — улыбнувшись сказал я.
— А…? Вы что-то сказали? — спросила Романова посмотрев на меня и Ланель.