А сопоставить тебя и это, — достал он из ящика аконит, — было очень легко.
Ну вообще в то, что это останется в секрете я и так не рассчитывал. Однако меня порадовало, что за дело не взялись люди Орлова. Всё-таки блюстители порядка были хуже подготовлены в плане сбора и анализа информации.
— Вы правы, — ответил я. — Вчера я вновь столкнулся с Аконитовым убийцей. Хотя я рассчитывал, что Меньшиковы позаботятся, чтобы этой встречи не состоялось!
Смерив меня непроницаемым взглядом, он ответил.
— Поверь, мы очень стараемся.
Разговор продлился ещё около двадцати минут. Официальная версия моего поведения звучала так, будто я испытал нервный срыв после встречи с Аконитовым убийцей.
Дуэль, как и говорил ректор, состоится. Но не раньше, чем через две недели, за которые я должен буду принести официальные извинения Исаврийской. И, как выразился ректор, чтобы я ещё использовал время на восстановление внутреннего равновесия.
Звонок прозвенел как раз, когда я выходил от ректора. На выходе с территории Академии меня уже ждала Аяна с воинами.
Неподалёку от меня садилась в карету Ланель. На доли секунды наши взгляды встретились. И я непроизвольно скривился. Меня вновь охватила ярость!
— Ярар, что с тобой? — спросила меня Хрущёва, заметив моё выражение лица.
— Не знаю, но с каждым разом мне всё сложнее сдерживать себя.
— О чём ты? — проследила она за моим взглядом, и увидев Ланель. — Ты что, не натра@@@cя со своими женщинами, теперь тебе ещё и принцессу срочно подавай?
— Правильно Софья тебя дурой называет, — ответил я, когда Ланель скрылась в карете.